Джихад по-Русски

Приведут… Если приведут, он не в военной одежде… Сказать Абу, что переодели… Внешне вполне сойдет за солдата… Если приведут, а Руслан не захочет отдать… Абу, несомненно, большой человек здесь… Какие указания получил Руслан насчет Сергея? А ведь наверняка не захочет отдать! А если не найдут? А найдут — затравят собаками… Или пристрелят… Или в пропасть свалится… Господи, да это прямо-таки полоса какого-то фатального невезения! Сидел себе спокойно и вдруг за сутки до ее приезда…

За беседой время пролетело незаметно — Ирине показалось, что они только сели.

Когда вышли из командирского домика, оказалось, что над горами давно нависает гуталиновая ночь.

— Все, нам пора уезжать, — сказал Абу, постучав пальцем по циферблату часов. — Сожалею, но больше ждать мы не можем.

Ирина беспомощно оглянулась по сторонам. Работали на холостых оборотах моторы, люди рассаживались по машинам, Беслан и хозяин лагеря мялись рядом, собираясь на прощание обняться с арабом.

— Ты обещал мне помочь, — хрипло пробормотала Ирина, прижимаясь к арабу и хватая его за руку.

 — Ты обещал… обещал, что…

— Я бы забрал твоего сына, если бы он был здесь, — недовольным голосом сказал Абу. — Но его нет. Что я могу сделать? Садись в машину, мы уезжаем.

— Давай подождем еще немного! — взмолилась Ирина, крепче прижимаясь к арабу и стараясь заглянуть в его глаза, невидимые в ночной мгле, беспорядочно рассеченной на части слепящим светом фар. — Пожалуйста я очень прошу!!! Я все сделаю для тебя, все, что хочешь… господин."

"— Твой сын сам решил свою судьбу, — Абу с силой стряхнул Иринину руку и отстранился.

 — Он мужчина, сам принимает решения. А ждать мы не можем. Если мы не успеем в назначенное время к точке перехода, наш че-; ловек уйдет. Тогда придется ползать вдоль границы по тропам, рискуя нарваться на пули пограничников, а потом двадцать километров тащиться пешком до Гурд-жани. Садись в машину, я сказал, не устраивай здесь спектакль!

— Ты обещал! — отчаянно крикнула Ирина, потрясая (укатъши кулачками перед лицом араба.

 — Ты не выполняешь своего обещания! Ты не мужчина! — и, обернувшись к стоявшим рядом горцам, зачем-то продублировала по-русски:

— Он не мужик! Он не держит своего слова!

— Беслан с хозяином лагеря удивленно переглянулись — что себe позволяет эта кяфирка? Кем она себя возомнила?

— Я в последний раз обращаюсь к тебе, женщина, — с Холодным бешенством произнес Абу. — Если едешь со мной — садись в машину. Если нет — я тебя оставлю здесь. Жди своего сына.