Две полоски для мажора

Врать приходилось всем. Даже лучшему другу. А сейчас слова так и рвутся из меня...

— Но ведь можно же было как-то доказать, что виновник аварии не ты? — Лика первая боязливо нарушает молчание.

Я отрицательно трясу головой:

— У отца повод не верить, что в этот раз я белый и пушистый, реально был. Он уже ловил меня пьяным за рулем. Да и любое разбирательство повлекло за собой огласку. И со всех щелей бы лезло, что сын будущего губернатора угнал тачку и стал виновником смертельной аварии. А это крах губернаторской карьеры.

Лика тянет вздох. Боковым зрением замечаю, что она нервно трет щеки ладонями.

— А тот парень? Что с ним после этого?

— Через пару дней после аварии я сбежал отсюда, нашел его и избил. И после этого отец озверел вообще. Эти стены стали моей тюрьмой...

— И все это время ты был как бы за границей. — тихо подытоживает Лика."

"— Выбора особо не было. Мы ждали, пока все успокоится, — снова опираюсь локтями на колени и грубо запускаю пальцы в волосы. — Предки того парня сами при бабле.

Они отваливали за то, чтобы виновным сделать меня, а мой отец тут же все перекрывал, чтобы мое и его имя нигде не всплыло. И началась уже просто гонка сумм, которые платились, всем кто знал про эту аварию. Каких бы адвокатов родственники тех ребят ни нанимали, в какие бы суды ни обращались, чтобы выяснить подробности той ночи - все перекупалось. Это продолжалось около года. Они так и не узнали, кто виноват. Официальная версия -водитель перевернутой машины просто не справился с управлением. И.

Опять осекаюсь. Желание смотреть не на цветастый коврик у кровати, а на ту, которая мышкой притаилась рядом, пересиливает. Резко оборачиваюсь и всей душой ныряю в синеву ее глаз напротив:

— Лика, я клянусь, что в той проклятой аварии не виноват. Жизни тех ребят я не забирал. Ты мне веришь?

Меньше всего мне хочется видеть ее растерянность. Но Рыжик лишь внимательно рассматривает каждый миллиметр моего лица. И я даже не хочу предполагать, какие мысли в ее голове. Самое поганое, что не доверять и сомневаться Лика имеет права на все сто.

У меня нет никаких для неё аргументов, чтобы переубедить. Ее доверие я похерил где-то в тот момент, когда ей, рыдающей, предложил вызвать такси...

Не отрывая взгляда, Лика неожиданно касается своими пальчиками моей руки.

— Да. Мне жаль, что так вышло.

— Ну... отцу нужно было лишь спасти свою репутацию. — У меня в груди грохочет сердце, когда хрупкая ладонь находит мою и робко сжимает ее.