Дровосек для Булочки

Между ними нет романа, нет никакой душевной связи, Сима считала, что это немаловажно, чувствовать человека душевно. Секс, конечно, был шикарным, лучшим в ее такой уже длинной жизни, но мужчина даже не попытался хоть как-то наладить контакт.

Хам."

"К тому же будет звонить тетка Зоя, узнавать о своих подопечных гусях, в коллективе которых вышел минус один. А еще мать и, может, Мирослава, хотя та звонит, когда ей что-то нужно, обычно это посидеть с неуправляемыми племянниками или занять денег.

Виноградова умылась, немного придя в себя, снова сделала попытку подойти к двери, но Гром остановил ее диким лаем.

— Хороший песик, хороший. А хочешь пряник? Или гуся? Смотри, какой жирный, сочный, вкусный гусь, — Сима с отвращением посмотрела на обезглавленную птицу, несчастная так и лежала на полу.

— Гром!

Появился хозяин, гаркнул на пса, строго посмотрел на девушку. От его взгляда и голоса хотелось сесть и так же, как Гром, высунуть язык, чисто на рефлексах.

— Мне нужно домой.

— В город?

— Нет, в теткин дом, я не могу остаться у вас до утра.

— Ты консерваторию заканчивала?

— Нет, экономический, а что?

— Больно культурная.

— Это элементарная вежливость. Но вы, наверное, о ней не слышали.

Семен хмыкнул, он не мог понять, что ему больше нравится: ее тело или то, как Серафима себя держит.

Она вся как обогреватель, только вместо тепла источала секс, вот реально, он его чувствовал физически, и от этого было немного не по себе, потому что Терехов не мог себя контролировать, а это было хреново.

Серафима отвела взгляд, держалась гордо, даже чересчур, потому что, когда спина была ровная, грудь выпирала еще больше, а соски призывно торчали. Голос дрожал, татуировки на руках мужчины смущали. Приглядевшись к ним, пока хозяин дома разувался и начал при ней снимать с себя штаны, поняла, что не уголовные они, куполов и звезд нет, это вселяло надежду.

— Что…что вы делаете?

— Жарко, не могу уже, да и белье намокло из-за тебя.

— Вы… ты собираешься ходить без трусов?

— Ну, ты же ходишь.

— Но…

— Что с гусем?

— Мертв.

— Это я вижу. На ужин его не будет?

Нет, этот дровосек точно издевается над ней.

Какой ужин? Какой гусь, будь он неладен?

Симе нужно домой, к своим вещам, закрыть двери на все засовы и просидеть там до выписки тети Зои. А если она задержится здесь на ночь, то точно потом не соберет себя никогда, потому что влюбится в дровосека — по всем канонам жанра.