Дракон для беглой невесты

А почему вы спрашиваете?

– Видите ли, тролльи ритуалы замешаны на магии крови и магии душ. И чтобы ввести всех участников ритуала в определенное состояние, они используют специальные отвары из трав. Для троллей это обычная практика, и эти отвары не причиняют им никакого вреда, а вот их влияние на людей изучено мало. Скажите, вы пили у них что-нибудь?

– Пила, – вспомнила я вкусный пряный напиток и внезапно испугалась.

Не зря же этот ритуал видело так мало людей. Может, еще и не все после него выжили? Мало ли, через часок-другой у меня почки откажут или еще чего приключится.

Может, сам шаман не в курсе таких побочек. Проводились ли вообще какие-нибудь исследования? Ага, на попаданках…

В голове забили молоточки поднимавшейся паники. Это же какой дурой нужно быть, чтобы пить не пойми что в чужом мире! О чем я только думала?!

Видимо, мужчины что-то такое прочитали в моем взгляде и обеспокоенно переглянулись:

– Рэм, ты же знаешь, что у меня развит целительский дар. Разреши осмотреть Марину.

На лице графа появилось задумчивое выражение. Он явно не хотел, чтобы принц меня осматривал, а мне вдруг как-то разом поплохело: и руки зачесались, и сердце зачастило, и, кажется, замутило, и воздуха перестало хватать. Мнительность подняла свою уродливую голову, и теперь мне казалось, что со мной не так буквально все."

"Я в панике взглянула на графа. А вдруг я сейчас умру?!

Вилка со звоном упала на тарелку. В этот момент меня как-то не смутило, что до этого мгновения у меня никаких проблем не было, да и шаман не совсем дурак, чтобы травить свою будущую хозяйку.

Рациональные мысли куда-то разом вымело. Люди, тролли, драконы… а-а-а-а-а… куда я попала?!

Рэм явно понял, что я на краю нервного срыва.

– Разрешаю. Марина, разреши использовать диагностические заклинания.

– Р-разрешаю.

Принц тут же встал из-за стола и пересел ко мне поближе.

– Марина, не бойтесь, дышите глубже. Сейчас мы все проверим. Поверьте, если что-то и правда не так, мы сумеем вам помочь.

 – И так спокойно и уверенно он это говорил, что я поверила. Удушье отступило, а сердце замедлило ритм. – Вот и хорошо. Дайте мне руку. Мне так будет проще, – и замер, выплетая второй рукой какие-то невидимые узоры.

Поначалу я и правда успокоилась, но по мере того, как молчание затягивалось, мне снова становилось плохо.

«Он точно нашел что-то страшное и сейчас думает, как мне это сообщить!» – наконец, пришло к выводу мое тихо паникующее сознание.