Дракон для беглой невесты

Но обязательно научусь! Иначе меня так и будут топтать все встреченные мной мужчины.

Рэм поморщился:

– Гарнар, смотри, довели девочку до слез. Давай, что ли, решим свои вопросы без нее.

Я же уже почти не слушала этих двоих. Внутри словно что-то рвалось, было так больно, что я удивлялась, как еще дышу. После предательства Вадима я не чувствовала и десятой доли этой боли. Как же получилось, что за такой короткий срок я успела так сильно увязнуть в этом мужчине?

– Ну уж нет! Что бы ты там ни говорил, а она сейчас гарантия моей безопасности.

Рэм несколько секунд посверлил его взглядом:

– Хорошо. Ты хотел схватки? Давай! И пусть призом будет графство и эта маленькая поглотительница. Согласись, приятный бонус.

В комнате повисло молчание. А я искала в себе злость, чтобы опереться хоть на нее и выплыть из океана душевной боли, в который ухнула с головой. Кажется, даже в ушах зашумело, и картинка перед глазами покачнулась.

– Бонус-то приятный, но почему ты идешь на это? Из-за простого бонуса? – скрежетал над ухом голос Гарнара.

В ушах зашумело еще сильнее, и я еле расслышала ответ Рэма:

– Я хочу раз и навсегда закрыть с тобой вопрос наследования. Мне, знаешь ли, не улыбается через несколько лет узнать, что у тебя есть наследники и начинать с ними очередную свару за графство. – У меня над ухом хмыкнули. – Но не обольщайся: я знаю, что ты мне не брат. Просто не хочу, чтобы имя графов Рратских не одно столетие полоскали на всех углах. Только поэтому я сейчас иду на то, чтобы провести все честно, при свидетелях и с принесением клятв.

 – Скрежет зубов показал, что мой похититель не очень рад такой перспективе, и Рэм, предупреждая любые возражения, добавил: – Но если ты не согласишься, то мне придется потрясти нашим грязным бельем, и в первую очередь грязным бельем твоей матери. Думаешь, как наше общество отнесется к таким откровениям? Графом Рратским при таких раскладах тебе уже точно не быть. Согласен, при других условиях и подаче информации такой обман со стороны леди Гредис принес бы тебе дивиденды и воспринялся в обществе иначе. Но я позабочусь о том, чтобы все всё поняли правильно, а блудница получила должную славу, как и ее ублюдок.

Я думала, что уже слышала скрежет зубов Гарнара? О нет… Я даже отвлеклась от своих душевных терзаний, чтобы глянуть, не стер ли он их совсем. Зря. Только привлекла к себе внимание.

– А как же она? Уверен, не будь ее сейчас в моих руках, и ты бы говорил совсем по-другому, – и со злости встряхнул меня так, что зубы клацнули.