Драгоценные дары

С того момента, как они вошли в дом, Эйдан не проронил ни слова, и когда наконец они присели отдохнуть в гостиной матери Вероники, с окнами, обращенными в сад, Вероника увидела, как ошеломлен Эйдан.

– Красиво здесь, правда? Теперь ты понимаешь, почему я не продаю этот дом. Просто не могу.

Вероника была накрепко привязана к дому и ко всему, что он олицетворял в ее жизни – к ее детству, родителям, браку, хотя она и не жила здесь уже много лет. Попав сюда, Эйдан наконец понял то, чего никак не мог понять до сих пор.

– Это музей, – тихо произнес Эйдан, хоть почтительный Люк остался ждать их внизу. – Не представляю себе, как я мог бы жить здесь – хоть в детстве, хоть во взрослом возрасте.

Ему мгновенно вспомнился ветхий коттедж, в котором прошло его детство. Этот контраст подчеркнул все различия между ними, сверкнул в голове, как молния. У Эйдана закружилась голова, он был ошеломлен.

– Это особенный дом, – коротко объяснила Вероника.

Она не хвасталась, просто привыкла воспринимать его как дом.

И Эйдан понял, кто она и какой была ее жизнь. Он был сражен наповал: Вероника держалась так скромно и непритязательно, что он и представить себе не мог, что она выросла в роскоши. И сразу становилось ясно, что она вполне может позволить себе содержать дом, в котором не живет. Каждый дюйм этого дома был в полном порядке. Наконец они вернулись во двор, Люк указал на крышу и объяснил, что случилось: проржавел водосточный желоб и разболталась черепица возле мансарды. Он опасался, что зимой крыша даст течь, хотя до сих пор этого удавалось избежать. Люк объяснил, что ремонт обойдется дорого, если менять кровлю целиком, а не частично. Вероника выслушала его и кивнула.

– Мне кажется, поменять надо все и сразу, – твердо сказала она, не желая, чтобы пострадал дом."

"– Я знал, что вы так скажете. Совершенно с вами согласен, – закивал Люк. – Но без вас принять решение я не мог. Это большие деньги, – сокрушенно добавил он.

– Ремонт в доме тоже обойдется недешево.

Люк понимал это, и тем не менее старался экономить ее деньги, как только мог.

Вероника с Эйданом вышли в сад с ухоженными и благоухающими цветочными клумбами. Здесь были старые качели, на которых когда-то качались ее дочери. Побродив по саду и в последний раз оглядевшись вокруг, они прошли через двор, Вероника поблагодарила Люка, и они покинули дом. Эйдан, казалось, был близок к обмороку. Вероника решила, что старый дом полюбился ему с первого взгляда, и это порадовало ее.