Драгоценные дары

Если не ошибаюсь, ваш отец давным-давно перестал за ним следить. Он тринадцать лет не видел шато, в последний раз он приезжал сюда, когда Софи было десять лет. И больше ни разу, – эти слова она произнесла без тени упрека или осуждения. По-видимому, ей больше было нечего сказать о Поле – ни хорошего, ни плохого. Все слушательницы помнили отчет детектива, где говорилось, что на протяжении двадцати лет Элизабет жила с другим мужчиной, умершим двумя годами ранее, – ее напарником, еще одним врачом.

Он и стал Софи отцом, в гораздо большей степени, чем Пол, которого Софи видела несколько раз за всю жизнь.

– Сегодня мы как раз собираемся туда, – вступила в разговор Джульетта, и Элизабет кивнула. В этот момент в дверях появилась молодая девушка, с виду почти подросток, – тоненькая, с детски-невинным лицом и огромными зелеными глазами. Девушки подумали, что видят, должно быть, младшую сестру Софи, но Вероника, едва взглянув на нее, поняла, кто она такая. Софи казалась миниатюрной версией Пола, а еще ее можно было бы принять за дочь Тимми, тоже очень похожей на отца.

Явное сходство прослеживалось и с Джульеттой, только в уменьшенном масштабе. Но ни с Вероникой, ни с Джой у Софи не было ничего общего. Пол создал ее по своему подобию. Правда, цвет волос достался ей от блондинки-матери, но сомнений в отцовстве Пола не возникало. При виде этой девушки у Вероники перехватило дыхание. Софи робко улыбнулась всем присутствующим, прошла в комнату и остановилась возле матери. Двигалась она грациозно и легко, светлые волосы ниспадали ей на спину. Со своим милым личиком она казалась Алисой в Стране чудес.

– А вот и Софи, – представила ее мать. – Она так беспокоилась, ожидая встречи с вами, – Элизабет улыбнулась. – И я тоже. Мы понятия не имели, как вы отнесетесь к нам. Спасибо вам за доброту, – она переглянулась с дочерью и сказала ей что-то по-французски. Только Вероника поняла ее: Элизабет уверяла Софи, что гостьи не сердятся и что они очень милы.

Потом Элизабет вновь обратилась к остальным:

– По-английски она говорит плоховато, – при этих словах Софи кивнула и стеснительно улыбнулась. Было трудно представить ее себе студенткой медицинского факультета – с виду ей было самое большее лет пятнадцать. – Она учится на педиатра.

Софи опять кивнула: она понимала, что говорит мать, но стеснялась говорить сама. Джой с дружеской улыбкой протянула ей руку.