Он тебя не любит(?)

Но Кравченко настоятельно советовал Макару оставить на время девочку в покое, и он скрепя сердце — и скрипя зубами — терпел.

Внезапно пришло осознание того, что ее больше здесь не будет, она будет жить и спать в другом доме, и стало совсем тоскливо. Пусть сейчас они спят в разных комнатах, зато Макар знает, что она здесь, рядом.

Вспомнился вечер, когда он привез Эву к себе, а потом утро, когда она проснулась в его постели и рассматривала с любопытством, а он наблюдал за ней из-под полуприкрытых век. Макар встал и решительно направился к гостиной, где спала Эва — нет, все неправильно, все не так.

«Я больше не хочу тебя, Макар», — будто ударило в голову. Он обещал, что не будет давить на нее, он должен дать ей уйти, просто недалеко, ее нельзя далеко отпускать. Он будет рядом.

Мак сел у двери, прислонился спиной к стене и накрыл руками голову.

Глава 19

Мак проснулся, дернулся, будто его пнули, и поначалу не мог сообразить, почему тело ломит как у столетнего старика.

Макар обнимал бы ее со спины, прижимаясь всем телом, и повторял изгибы, которые у них совпадали идеально. А потом еще во сне начал бы целовать сонную, теплую Эву, которая еще немного ленилась бы и делала вид, что спит, пока не начала отвечать…

Он болезненно поморщился, тело вспомнило Эву еще раньше самого Макара, и если бы не озвученная приказным тоном рекомендация Кравченко о воздержании, он бы просто вломился к ней, а там как карта ляжет.

Вид у нее был невыспавшийся, под глазами пролегли круги, и от этого она казалась совсем юной. У Макара на миг сжалось сердце, снова захотелось обнять ее, обхватить руками, закрывая телом даже от самого себя, но Эва подняла глаза, и он осекся.

— Доброе утро, Мак, — и тон такой же холодный, спокойный. Его вон, кажется, сейчас разорвет.

— Доброе утро, Эва.

— Я уже собралась, — теперь она смотрела в сторону, — и нашла несколько подходящих вариантов квартир.

— Когда ты успела?

— Ты спал, я прошла в гардеробную, старалась тебя не разбудить.