Он тебя не любит(?)

Мак постоял еще немного, с растерянным видом огляделся по сторонам и медленно пошел ко входу в бизнес-центр. У стеклянной двери остановился, обернулся, а затем вошел в здание, и Эва только тогда выдохнула.

Нет, она не думала, что они встречаются, по крайней мере, было совсем на это не похоже. Как и не похож был со стороны их разговор на болтовню влюбленной пары. Но это уже не имело особого значения, главным было одно — Алена не собиралась убираться из жизни Макара, и справиться с ней одной Эве было не под силу.

Макар снова позвонил, когда она уже приехала домой, и на вопрос «Ты где?» вполне правдоподобно ответила: «Дома». И не соврала. Почему не брала трубку, тоже не соврала, сказал, звук был отключен. И когда вечером Мак не пришел, совсем не удивилась.

***Было далеко за полночь, когда хлопнула входная дверь. Эва стояла в кухне у окна, вжавшись лбом в стекло, и смотрела на черные квадраты окон соседних домов. Там, по ту сторону, тоже есть люди, они спят, едят, занимаются любовью, и никому нет дела до Эвы, прижимающейся лбом с этой стороны такого же черного квадрата.

Макар не стал включать свет, просто подошел и встал рядом, уперевшись руками в подоконник. Теперь главное было удержать эту прорву слез, так и грозившую прорвать тонкую оболочку, в которую полностью превратилась Эва.

— Ты был у нее? — она сама поразилась, как буднично это прозвучало.

— Да, — отрывисто ответил Макар. Она готовилась и настраивалась заранее, но все равно больно было так, будто в сердце вонзили сразу несколько остро заточенных мечей.

Эва едва удержалась, чтобы не рассмеяться. Она боялась, что не сможет остановиться, и тогда Макар точно решит, что ей пора в психушку.

Он протянул руки, но она вскинулась как ужаленная:

— Нет, не трогай меня, не прикасайся…

Нельзя подпускать его близко, нельзя допустить, чтобы Мак до нее дотрагивался, иначе тонкая оболочка не выдержит, и тонны слез хлынут наружу.

— Я не изменял тебе, Эва, ни с Аленой, ни с кем другим.

Эва молчала, и Макар повернулся к ней всем телом.