Договор на одну ночь (СИ)

– И речи быть не может, Еленика. Никаких поступлений на певицу, ты меня поняла? Чтобы я больше и не слышал этих глупостей. Одно дело здесь. Под моим присмотром. А другое… – Дядя взмахивает буклетом куда-то в сторону, не скрывая пренебрежения. – Или ты думаешь я допущу, чтобы по поселку только и говорили, что племянница Димитрия Шамли подавалась на шлюху поступать?

Его слова сравнимы с сильным ударом под дых. Из меня резко выходит воздух.

Я увожу взгляд и пытаюсь успокоиться. Но щеки горят. Глаза наполняются слезами.

– Или тебя там заждались? Сами пригласили? За талант возьмут? Ты вообще знаешь, как туда поступают, Еленика? Думаешь, голосом их поразишь? Через койку! И учиться потом там будешь через койку! Там таких горластых сотни! Я, конечно, знал, что ты наивная, но не дура ведь, Еленика!

– Из-за того, что я пою у вас, я тоже теперь шлю… – Даже договорить не выходит. Голос обрывается.

Смахиваю слезы и смотрю на дядю.

– А ты как себе думаешь? У меня ни разу не спрашивали, сколько надо дать, чтобы ты приватно спела? – Внезапное откровение выливается на голову ведром помоев.

Дядя припечатывает свои слова громким ударом ладони по столу. Дальше назад летит буклет. Я рефлекторно ловлю его и прижимаю к груди. В которой, как будто, зияет дыра.

Глава 15

Лена

Тетушки правы когда говорят, что с меня всё как с гуся вода.

Я пытаюсь так жить, чтобы собственная реальность не доставляла столько боли, сколько может.

Но сегодня «стечь» не получается.

Я выхожу из кабинета дяди абсолютно поверженной.

Предвидела, что он будет против, но его слова ранили слишком сильно даже для толстокожей меня.

Оставив брошюру на одном из готовых к завтрашнему дню столов, я спустилась по ступенькам и пошла по набережной.

Ноги сами повели к морю. На дальний-дальний пляж.

Я знаю, что ночью здесь находиться нельзя. Но ужасно, что в мире только тут я могу почувствовать себя безопасно и достаточно от всех далеко. Только тут я могу позволить себе порыдать.