Догнать и жениться (СИ)

Глеб сам догадался!

— Как ты могла? — взвыл старший брат, нависая.

— Вообще-то зачатие считается таинством, — хмыкнула Катерина, нисколько не смутившись. — А учитывая, что я нахожусь в фертильном возрасте, то ничего удивительного!

— А Феликс знает? — снова попробовал насесть брат. — Ты просто обязана…

— Отвали, недоумок, — фыркнула Катя, как когда-то в детстве. — Следи за собой!

— Ты ребенка оставишь или решила иначе? — напрягся Глеб. — Феликс тоже должен принимать решение вместе с тобой.

— Ага, — отмахнулась сестра.

 — Отвали. И не вздумай даже заикнуться Сарычеву, понял?

Отъезжая от дома в бешенстве, Глеб Наумов пробурчал себе под нос:

— Ага, Катя, сейчас! Поучи меня.

И даже не задумываясь, что отцом ребенка может быть кто-то другой кроме Сарычева, набрал бывшего однополчанина.

— Феликс, привет, — буркнул в трубку. — Нужно встретиться поговорить.

Глава 16

Целый день Катя рассуждала, когда лучше позвонить Алтаеву. И решила еще пару дней подождать.

«Куда торопиться? — саму себя остановила она, нарезая салат к обеду.

 — К врачу сходить нужно, все анализы сдать, а то получится холостой выстрел, да и Марат решит, что я за ним бегаю».

Катерина по-хозяйски залезла в холодильник и, достав большую кастрюлю с компотом, что варила на прошлой неделе, недовольно сморщила нос.

— Лучше вылить, пока никто не отравился, — пробурчала она, выставляя кастрюлю на стол, стоявший во дворе под навесом. А услышав, что в вольере тоненько заскулили щенки лабрадоров, пошла к ним проверить, все ли в порядке у малышей.

Налила воды, потискала мохнатые золотые комочки, а когда вернулась обратно к кастрюле и понесла ее к выгребной яме, домой приехал Глеб. Проорал от калитки дурниной:

— Катька, я к ужину Феликса пригласил! Ты хоть платье красивое надень!

— Что, прости? — напряглась Катя и, как завороженная, подошла к брату.

— Сарычев ужинать приедет, — радостно заявил Глеб, разулыбавшись, как именинник.

— А зачем ты его домой позвал? — изумилась Катя. — Встретились бы в кафе.

Ты же знаешь, что я его на дух не переношу.

— Из-за тебя, Катя, — раздраженно бросил брат, пытаясь ее обойти. — А то детей делать у вас получается, а в остальном ты его не переносишь…

— Ты сказал ему? — ужаснулась она. — Зачем?

Глеб рассердился. Он глянул на возмущенную сестрицу в старом сарафане. Волосы завязаны в хвостик. Взгляд недовольный. И глазищи огнем полыхают.

«Я прям испугался, — мысленно хохотнул он, не понимая, почему Катя так взъелась.