Дочь мэра (СИ)

Очень повезло!

Мы молча подходим к машине, и я вполне готов верить, что она сейчас попрощается и укатит. Но нет. Останавливается. Мягко поворачивается и побитым взглядом смотрит на меня, а потом сама тянется к губам.

Дважды тот номер не пройдет. Ясно? Не пройдет.

Планирую быть камнем, но как только ее мягкие вишенки касаются меня, мозг вырубается, и я уже как желе себе представляюсь. Обхватив ее мягкую фигурку, жму к себе, буквально причмокивая от наслаждения.

Вкусная. Очень вкусная. Сладкая как мед. Мне вообще вот такие рандеву совершать нельзя прямо настолько сильно, меня ж на части порвет…

Моя б воля, прямо сейчас уже закинул ее в машину и повез к себе знакомиться ближе.

Я вынужден себе это вбивать в башку на постоянной основе.

И все равно ныряю к девяноста нижним, моим булочкам. Так бы и сожрал. Но пока облизываюсь и мацаю. Если я еще с двумя яйками и писюнчиком, то все ок?

Яночка отрывается и крепко меня обнимает, тяжело дыша в шею.

Голову сносит, сознание плывет. Ругаться не хочется, потому что мои мозги стекли в трусы.

— Я купил билеты в оперный. Через три дня. Если скажешь нет, я приеду и вынесу тебя из квартиры.

— В частном доме я живу, Богдаш…

Это ты меня запугать пытаешься, малыш? Мне та охрана до сраки. Вернее, она может поцеловать меня в аппетитный зад.

— Значит, спецназ приедет туда и оцепит его, пока ты не выйдешь.

Оторваться от нее сложно, но мне удается. Мысль о том, что некуда спешить все-таки греет. Она меня спалит скоро к чертям собачьим, но то уже ненужные детали.

Маленькие ладошки обхватывают крепко. Я себя практически на землю роняю себя лицом в пол от ощущения безысходности в данный конкретный момент.

Хочу ее забрать к себе до трясучки, но вместо этого отпускаю кудрявую копну на свободу.

Ладно, лети, птичка.

Мы будем не мытьем, так катаньем работать.

Пока мои яйца не ворвутся, например.

— Приедешь — позвони, — пытаюсь звучать не елейно, но с ней я превращаюсь в мишку косолапого. Чес слово.

— Конечно, — мягко улыбнувшись, она грациозно садится в машину, пока мои глаза утекают за всем, что я пока еще могу увидеть.

Смотрю ей вслед как Хатико, понимая, что мне не нравится вот это вот все. Не нравится отпускать и делать вид, что все ок. Нихуя не ок.