Дина

— Да знаю я… — Судя по дрожанию в голосе, мама собирается заплакать. — Просто уж переживаю за них. Я и ведь им деньгами в случае чего помочь не смогу. У самой зарплата копеечная.

— Если что, я помогу, — успокаиваю я. — Давай уже не реви только.

— Ладно. — Раздается уже спокойнее. Мама взяла себя в руки. — Да я уж тоже думаю, что справятся. Просто уж звоню. Ты в нашей семье самая умная. Как-то спокойнее становится после разговора с тобой. Ты в такси, что ли? Звук такой будто едешь.

Растерявшись, я бормочу «угу» и экстренно прощаюсь.

Подъехав к «Холмам», я не спешу заходить внутрь. Уставившись в лобовое стекло, я поглаживаю гладкую кожу руля и думаю, думаю, думаю, до тех пор, пока звонок Камиля не возвращает меня на землю.

— Ну, ты где? Кофе уже остыл.

— Иду, — роняю я, выбираясь с водительского сидения. Жвачку и пачку влажных салфеток забираю из подлокотника и кидаю в сумку.

На крыльце, не выдержав, оборачиваюсь и любуюсь сверкающими боками белого красавца. Прекрасная была неделя, бро, — говорю шепотом.

— Долго ты, — замечает Камиль, оценивающе разглядывая меня. — Как потренировалась?

— Я не возьму мерседес, — выпаливаю я на одном дыхании. — Не могу.

Он моментально хмурится.

— Я думал, мы все решили. Машина твоя без всяких обязательств.

— Я не могу, — твердо повторяю я, с размаху опускаясь на стул.

— Что за глупости? При чем тут легкость?

— А то, что в своих мечтах я зарабатываю себе на машину сама. Вот это для меня по-настоящему круто. Сегодня уродливый мужик в спортзале принял меня за содержанку, потому что увидел, на какой дорогой тачке я езжу.

— Мы оба знаем, что это не так. С каких пор тебя волнует мнение других?

— Меня оно не волнует. Мне важно то, как я чувствую себя. А я чувствую так, будто эту машину не заслужила. Не доросла. И, пожалуйста, не пытайся меня переубедить. И не злись. Миллионы девушек были бы счастливы, если бы им подарили машину… Это ведь правда мечта. Но я другая… Неправильная, наверное.