Дина

— Рука Камиля перехватывает мое колено и крепко сжимает, останавливая.

По-прежнему не поворачиваясь в его сторону, я глубоко дышу. Один вдох, второй, третий… На четвертом нужно сбросить его ладонь и выходить.

— Вот что тебе нужно?! — со слезами рявкаю я, впиваясь глазами в его лицо.

А дальше все, как в тумане: подлокотник, впившийся мне в ребра, его руки на мне, легкий запах сигарет и крепкий — одеколона, и забытое, но такое жадное трение щетины о подбородок.

8"

"Так все неправильно, неправильно, — барабанит в голове.

Позвоночник больно упирается в руль, левая туфля слетает со ступни. Хорошо, что темно, и о себе все еще дает знать выпитое шампанское. Темнота и алкоголь — мои союзники.

Запустив пальцы в волосы Камиля, я сжимаю их так, что ему наверняка становится больно. Как же мало, мало… Мало сигаретного запаха, мало прикосновения его тела, трения щетины… Сейчас даже и не верится, что я целых два месяца без них жила и даже сумела убедить себя, что не слишком-то в них и нуждаюсь.

— Ну и что тебе нужно? — хрипло осведомляюсь я, дергая бедрами. — Соскучился?

Мой голос — совсем не тот, каким был еще недавно. В нем нет злости, нет отчаяния. За каких-то несколько секунд я превратилась в старую Дину, язвительную, уверенную, соблазняющую.

— Да, соскучился, — глухо подтверждает Камиль, поднимая глаза.

Не разрывая нашего зрительного контакта, я дергаю бедрами еще и еще, пока не убеждаюсь в ответной реакции. Камиль сбивчиво дышит, и он меня хочет.

Его руки скользят по моей пояснице, гладят бедра, и затем наши губы сами собой сталкиваются. Если существует точное определение страсти — это про нас сейчас. Бездумная, неконтролируемая, ни имеющая ничего общего с достоинством и здравым смыслом.

Обхватив мои бедра, Камиль толкает их себе навстречу. Пусть на обоих из нас по-прежнему есть одежда, это не отменяет того факта, что мы уже трахаемся.