Кому добавки? История выживания на орочьей кухне

Орки остановились, и каждый вождь произнес короткую молитву духам предков, благодаря за победу и прося упокоить души тех, кто отдал свои жизни за свободу.

— Они умерли не напрасно, — торжественно сказал Острозуб. — Их жертва вернула нам свободу.

— И каждый орк, который пройдет здесь, будет помнить их имена, — добавил Скалолом, укладывая на курганы новые камни.

К полудню мы уже спустились довольно низко, чтобы снова войти в зону леса. Здесь было заметно теплее, воздух стал плотнее, а под ногами вместо голого камня захрустела прошлогодняя листва.

— Стойте, — резко сказал Грок, внезапно останавливаясь и прижимая ладонь к стволу старой корявой сосны, а его лицо исказилось от боли. — Что-то не так. Деревья… они не просто боятся, как у развалин башни. Они кричат от боли.

— Кричат? — переспросил Дробитель, настороженно оглядываясь. — Что ты имеешь в виду?

— Земля больна, — подтвердил Зуба, опустившись на колени и касаясь пальцами почвы.

Адриан, шедший впереди, резко остановился. Его лицо, еще час назад расслабленное и почти счастливое, снова стало жестким и сосредоточенным. Он достал свой кристалл-детектор. Артефакт, который на вершине горы сиял чистым, белым светом, теперь тускло мерцал больным, грязно-фиолетовым цветом.

— Он прав, — проговорил магистр, хмурясь на показания артефакта. — Здесь, под нами, мощный источник темной магии. Искаженной, неестественной. Это похоже на…

Он недоговорил, но я видела, как в его глазах мелькнул ужас узнавания.

— Похоже на что? — нетерпеливо спросила Рысь.

— На эксперименты времен Черной Башни, — мрачно ответил Адриан. — На те самые опыты, которые триста лет назад создали первых тварей.

Тяжелая тишина повисла над нашей группой.

— Ведите, — коротко приказал он братьям. — Ведите туда, где боль сильнее всего.

— Это может быть опасно, — предупредил Острозуб. — Если там действительно что-то из времен отступников…

— Мы должны знать, — твердо ответил Адриан. — Темная магия снова активна, кто-то возобновил эксперименты, это угроза для всех нас.

Мы свернули с тропы и пошли за Гроком и Зубой, которые теперь двигались, как лунатики, ведомые невидимым зовом.