Девочка-война

— Да? — отыскав свой телефон на тумбочке принял вызов Демид, — Я не могу, Рома…Я умер и попал в рай, вот почему…Решай свои проблемы сам, я тебя умоляю…Ах, еще и Аверин…М-м, а Гордеева вы как в свою секту завербовали? А-а-а, ясно…Блин!

И он в немом отчаянии посмотрел на меня, а я ему ободряюще улыбнулась.

— Ладно! Ладно, Рома, перестань тарахтеть, все равно ничего не понятно. Я приеду через, — вопросительный взгляд на меня, и я тут же пожала плечами, — через час. Все, Старая Вешалка, жди!

И отбил звонок, а потом закатил глаза и почти обреченно вздохнул.

— Смотаешься со мной за город? Мне надо трех оболтусов под мухой до города доставить.

— Смотаюсь, Дём, — кивнула я и сама потянула руки, чтобы обнять его. Боже, как хорошо!

А потом был душ. Громов глазами кота из «Шрека» рвался составить мне компанию, но я стойко и твердо указала ему на дверь. А дальше, пока он принимал душ, я наскоро сооружала нам завтрак. Получилось очень даже, потому что парень уж больно красноречиво закатывал глаза, умкал и чуть ли не облизывал пальцы.

А потом был лифт с бесконечными поцелуями и долгая дорога за город, в какой-то супер-пупер крутой дачный поселок, где за высоким каменным забором мы и обнаружили Ветрова, Аверина и того самого Стаса, что сдал меня Громову в клубе. Хороший мальчик, вот век ему не хворать!"

"И да, все трое были знатно навеселе! Балагурили, очень сильно тискали меня, кидались снежками в Демида, демонстрировали нам не заводящуюся машину Гордеева и одиноко стоящий под навесом мотоцикл Аверина, будто бы они в своем состоянии могли ими хоть как-то воспользоваться.

— А твоя тачка где? — спросил у Ветрова мой парень. О, Господи, мой парень! Вы слышите, как звучит? С ума сойти!

— Я не помню, — бормотал Рома, — где-то бросил, потом найду. Поехали уже Громов, не томи, нам в Москву надо. Правда же, мальчики?

— Очень надо, Демидушка-Лапушка, — икая, выдал Ян и тут же полез на заднее сидение Мерседеса, а за ним подались и остальные два оболтуса.

Но стоило нам только с Громовым занять свои места, как Ветров застонал и неразборчиво выдал:

— Дёма! Дём?

— Ну что тебе надобно, старче? — со вздохом спросил мой парень.

— Я считаю, что все, хватит. Хорошего помаленьку. Бросай Малиновскую, вот прям щас. Мне тут сидеть неудобно, — и дружный ржач трех идиотов прокатился по салону автомобиля.

— Ты сейчас пешком пойдешь, Ром, если не заткнешься, — фыркнул Громов и нежно сжал мою ладонь.