Девятое правило дворянина

 — Соколов вас сопроводит в лагерь. Ну а вы, Владимир Михайлович, забирайте своих ребят и дуйте к «Мангустам». Там уже поговорим.

Я даже спорить не стал. К чему? Так, лишняя потеря времени. Все, что мы могли, уже сделали, так что Алабин, пожалуй, прав — дальше они здесь и без нас справятся.

Собрав всю свою группу, мы двинулись в обратном направлении. Спешить особо было некуда, так что когда мы добрались до военных, то сопроводили их до места сражения с сороконожкой и попросили отнести Мироходца до нашего транспорта.

Несколько крепких бойцов подхватили носилки с убитым так легко, будто он ничего не весил и чуть ли не бегом помогли отнести его к нашим «Мангустам».

Всю дорогу Константин Игоревич молчал. Ну а уже потом, после того как мы оказались в лагере и поужинали, вызвал меня и поставил перед фактом.

— Соколов, сегодня же забираешь свою группу и покидаешь расположение лагеря.

— Как это? Вообще-то я думал, что завтра мы с остальными селами закончим, а потом нас на новую территорию перебросят.

— Ну, мало ли, что ты думал, Владимир Михайлович, — нахмурился Алабин. — Индюк вот тоже все думал, да в суп попал. Да я здесь и ни при чем, граф… Ты приказам подчиняешься, я тоже приказам подчиняюсь, а начальников у нас с тобой хватает.

— Конкретней можно, Константин Игоревич?

— Можно.

— Что так?

— Откуда я знаю? Тебе виднее, — пожал плечами Алабин. — А завтра в восемь утра тебя и Соловьеву ждут в Кремлевском дворце, понятно?

— Понятно, что здесь непонятного.

— Ну раз так, тогда не задерживаю, Соколов. Если дали вам возможность до утра поспать — пользуйтесь. Не тот момент, чтобы такими щедрыми предложениями разбрасываться.

— Благодарю за совет, Константин Игоревич, — кивнул я ему. — Удачи вам.

— И вам, Владимир Михайлович. Чувствую я, что вам она больше понадобится… Меня-то в Кремлевском дворце завтра в восемь утра никто не ждет, граф.

Глава 5

Великое Московское княжество.

Кремлевский дворец.

Кабинет Императора.

Общая тревожная обстановка, связанная с внезапным вторжением нечисти, конечно, очень сказалась на жизни города и главным образом тем, что пробок стало еще больше.