Когда он был порочным

Теперь, когда она наконец сбросила свои серые и лавандово-голубые облачения, ей стало казаться, что глупо было так долго цепляться за них.

– Да все знают, что ты давно уже выходишь в свет, - сказала Софи, - но так как ты продолжала носить такие же платья, и… Впрочем, все это не важно. Я так рада видеть тебя в синем!

– Следует ли это понимать в том смысле, что ты собираешься снова выйти замуж? - спросила Кейт. - Ведь действительно уже четыре года прошло.

Франческа болезненно поморщилась. Вот с Кейт всегда так - что ни скажет, выходит не в бровь, а в глаз.

– Да.

Мгновение все молчали. А затем, разумеется, заговорили все разом, засыпая Франческу поздравлениями, советами и прочими глупостями, которые Франческе было не совсем приятно выслушивать. Но говорились эти глупости с лучшими намерениями, так что она просто улыбалась, кивала и принимала наилучшие пожелания сестры и невесток.

Тут Кейт возьми и скажи:

– Придется нам, конечно, всем потрудиться. Надо раззвонить об этом как следует.

Франческа в ужасе замерла.

– Прости, я не поняла - что ты сказала?

– Синее платье, - принялась за объяснения Кейт, - прекрасно сигнализирует о твоих намерениях, но неужели ты и в самом деле полагаешь, что мужчины Лондона настолько наблюдательны, чтобы понять этот сигнал? Конечно, они ничего не заметят. - Она сама ответила на свой вопрос прежде, чем кто-нибудь другой успел сделать это.

– Ну, Бенедикт-то заметит, - сказала Софи, как верная супруга."

"– Да, но ведь он твой муж, да к тому же еще и живописец. Он учился обращать внимание на детали. А большинство мужчин… - Кейт не договорила, явно раздраженная тем, какой оборот принял разговор. - Но ты понимаешь, что я имею в виду?

– Конечно, - буркнула Франческа.

– Суть в том, - продолжала Кейт, - что у большинства представителей рода человеческого волос больше, чем мозгов. Если ты хочешь, чтобы люди поняли, что ты снова на ярмарке невест, то следует заявить об этом недвусмысленно. Вернее, нам надо заявить об этом недвусмысленно ради тебя.

Франческе представилась чудовищная картина: все ее родственницы и свойственницы заняты отловом неженатых мужчин, которые, бедняжки, кидаются врассыпную, едва завидя их.