Когда он был порочным

Теперь она явится в свете не как незамужняя мисс. Она вдова и завидная партия, и правила будут другие."

"А вот надежды и желания те же самые.

Она собиралась в Лондон, чтобы найти себе мужа.

Слишком долго он пробыл здесь.

Майкл понимал, что затянул с возвращением в Англию, но отъезд домой - это как раз то, что до противного легко откладывать и откладывать. Если верить письмам его матери, которые приходили с изумительной регулярностью, его графские владения процветали под управлением Франчески.

У него не было иждивенцев, которые могли бы упрекнуть его в небрежении, и в любом случае те, кого он оставил в Англии, жили себе поживали, и даже много лучше, чем в те времена, когда он радовал их своим присутствием.

Так что незачем ему было так уж винить себя.

Но человек не может убегать от своей судьбы бесконечно. И когда Майкл отметил свой третий год пребывания в тропиках, то не мог не признать, что новизна экзотического образа жизни ему уже приелась и, если быть совсем откровенным, климат стал просто отравлять жизнь.

В свое время Индия дала ему цель, место в жизни, нечто помимо тех двух занятий, в которых он проявлял себя до тех пор, - военного дела и увеселений. Он взошел на борт корабля, не имея никаких планов и надежд; единственной зацепкой было имя его армейского приятеля, который перебрался в Мадрас тремя годами ранее. Но не прошло и месяца, как он уже получил место чиновника, и вот он уже принимал решения, которые были немаловажными, и обеспечивал выполнение законов, от которых зависели судьбы реальных людей.

Впервые в жизни Майкл понял, почему Джон так трепетно относился к своей работе в парламенте.

Но Индия не сделала его счастливым. Он обрел здесь в некотором смысле покой, что было даже парадоксально, учитывая, что трижды он едва не распрощался с жизнью, даже четыре раза, если считать и рукопашную схватку с индийской принцессой, весьма ловко владевшей кинжалом (Майкл всегда утверждал, что вполне сумел бы обезоружить эту особу и остаться невредимым, но все же признавал, что выражение лица у нее было довольно кровожадное, и с тех пор он усвоил, что никогда не следует недооценивать женщину, которая полагает себя - пусть и ошибочно - униженной).

Однако если не считать эпизоды, связанные с угрозой для жизни, пребывание в Индии научило его многому. Он наконец-то делал что-то сам, он стал что-то представлять собой.