Держи меня, Земля!

— А ты думаешь это я твоей подруге настолько понравился, что она стала вешаться на меня прямо на поминках? Нет, моя святая простота. Ей нужен был твой муж, а не я. А я стал просто источником информации, которую она старалась выудить единственным доступным ей способом. Об Артёме, о тебе.

— Не может быть, она же… — снова покачала головой Лера, но осеклась, не стала продолжать, что Дашка признавалась ей в своих чувствах именно к Вите. Недорого стоят, наверно, её признания. Или путала следы?

— Может. Очень настойчивая девица, — Витя встал.

И теперь Лера видела только его широкую спину у панорамного, во всю стену, окна. — Только мне кажется, что ничего она пока от твоего мужа не добилась. Иначе я бы их застал. Но она не сдалась. Так что теперь, когда ты ушла, думаю, не будет твой Артём горевать долго. Я точно знаю, кто его утешит.

Лера так и не поехала на работу в выходные. Хотя Витя даже пригнал её машину и поставил во дворе под окнами."

"Со странным чувством недоумения и растерянности она пришла в понедельник в офис.

И совершенно по-новому смотрела теперь на Дашку. Словно прозрела. И то, чего она раньше в упор не замечала, стало навязчиво лезть в глаза.

В каждом надменном жесте Дарьи, в глупом хихиканье, фальшивом сочувствии теперь виделся Лере совсем другой смысл.

— Ты не пристёгнутая, что ли, ехала? — как обычно, упираясь ягодицами в стол и скрестив руки на груди, допрашивала Дашка Леру с пристрастием. Именно аварией объяснила Лера свои повреждения на лице, которые за выходные, конечно, не сошли.

 — Странно. Это была бы шишка на лбу, а ты виском приложилась.

Она, как обычно, всё перепроверяла. Докапывалась ли до сути или это просто привычка всё подвергать сомнениям, потому что сама лжива насквозь?

— Я отвлеклась. Да ещё день был такой заполошный. Потому и в аварию попала, что задумалась о своём, — как всегда мягко, спокойно и вежливо поясняла Лера.

— Что муж сказал? — посмотрела Дарья на свой свежий маникюр. — Он, кстати, приехал?

— Да, приехал. Пожалел, посочувствовал, — пожала плечами Лера.

 — Что он ещё мог мне сказать?

О своей размолвке с мужем она делиться не стала. Интересно, скажет ли Даше об этом Артём? Они вообще встречались?

— Да?! — удивилась она. — А мне казалось он у тебя такой суровый, брутальный мужик, от которого сострадания как снега зимой не дождёшься.

— На людях он действительно сдержанный, строгий, — неопределённо качнула головой Лера, перекладывая на столе бумаги. «Нет, они не встречались». — Но в жизни совсем другой.