Деревенщина в Пекине 2

— Как раз такие штуки и выдаю моделям перед выходом, потом забираю обратно, складирую и веду учёт, — киваю на чужое запястье. — Кстати, интересный нюанс насчёт браслета на ноге. На нём же не фианиты стоят?

— Нет, конечно. Продолжай.

— Ну я так и подумал, что алмаз, но не понял, почему сэкономили.

—???

— У тебя там стоят единички, максимум один и два.

— Это как?

— Камни миллиметровые, в среднем десять долларов за единицу. Обычно в такой стилистике камни должны стоить дороже, чем металл, а тут наоборот.

— Какой вывод? — она слегка напрягается.

— Кто-то из наших пытался замутить стилизацию, но в своём авторском стиле. Неудачно. Предположу, что это за тобой кто-то из ювелиров ухлёстывал.

Молчу, что сэкономил скорее всего специально.

Лицо хозяйки кабинета загорается энтузиазмом:

— Вот! Я не понимала, чем ты мне интересен, а теперь всё схлопнулось! Бинго, — она хлопает в ладоши и откидывается на спинку кресла.

— В смысле? — аккуратно отодвигаюсь вместе со стулом.

— Женская интуиция. Не понимаешь?

— Не-а.

— Чем ты в принципе можешь быть интересен такой, как я? Особенно с учётом разницы в возрасте? Про деньги даже не заикаюсь.

— Вот здесь было обидно. Хотя ладно, телефон ты дала. Спасибо, не ожидал.

— Да не заводись ты на ровном месте! — отмахивается служительница закона. — Следи за мыслью! Пацан, который в семнадцать лет настолько разбирается в металле, — она щёлкает себя по браслету на руке и без усилий поднимает над столом ногу с платиновым браслетом на лодыжке, — девушке вроде меня уже по определению интересен.

— Чем? — кажется, увлёкшись экстерьером, за чужой мыслью я не поспеваю.

— Тем, что профессионально шаришь в значимом вопросе, — уверенно отвечает фемина. — А любой профессионализм заслуживает уважения. Тем более девчонкам нравится всё блестящее, что тут непонятного.

— А-а-а. Видимо, рука-лицо ещё раз.

— Контакт мой у тебя есть, — нога опускается обратно под стол. — Звони, как вернёшься. Н-да, занятное знакомство. Кто бы мог подумать.

— Та же фигня.

— Ещё имеет значение то, кто за тебя просил, — лицо на той стороне стола расплывается в широкой улыбке. — Вдруг я через тебя рассчитываю на них выйти? Кстати, не расколешься ли ради красивой девушки, кто за тебя мог к Сун Хо обратиться? Я уже поняла, что ты не сам и не напрямую.

— А кто он?

— Понятно… Подполковник, слывёт не подпуднему кристально честным на весь центральный аппарат.