Дело трезвых скоморохов

У вас тут произошли некоторые неприятности, так вот…

– Ничего не знаем, а пускать не велено!

– Тогда доложите обо мне своему начальству.

– Сказано – не велено! – набычился он, и стрельцы возникли за моей спиной без всякого приказа. При виде шести решительных пищалей с крайне неулыбчивыми дулами, всплывших над моим плечом, атлет резко сменил тон:

– Проходите, проходите… чего ж гневаться-то сразу? Мы люди подневольные, нам сказали, мы и…

– Разрешите? – Я спокойно обогнул этого типа и нырнул во чрево циркового шатра.

Вынужден признать, внутри ничего особенно интересного не оказалось. На арене, в луже воды, валялись обгорелые тряпки, а в углу стоял высокий магический ящик, обклеенный звёздами, со здоровенной обуглившейся дырой в дверце. Хм… действительно, очень похоже на работу Яги, но совершенно непонятно, что же её до такого довело?! Впрочем, бабушка у нас рассусоливанием не отличается и в особо серьёзной причине не нуждается соответственно…

– Э-э… господин участковый?!

…Опаньки, откуда ни возьмись выкатился директор труппы, отвешивая мне полный достоинства поклон.

– Чем обязан… э-э… счастью лицезреть?

– А вот это вы мне расскажете. – Я выразительно показал взглядом на всё ещё дымящиеся следы разрушений. Иногда нападение куда эффективнее защиты.

Чёрные глаза хозяина цирка забегали по сторонам…

– Я думаю, если… э-э… господин участковый позволит, мы могли бы продолжить нашу беседу в другом… э-э… месте.

– Отчего же, все улики здесь и налицо."

"Труссарди явственно вздрогнул, но тем не менее вежливым жестом попросил следовать за собой.

– У вас довольно скромный кабинет.

– Цирк никогда не приносит… э-э… слишком больших денег. Даже соревнования по борьбе не собирают прежних аншлагов, а в вашей стране…

– Слишком много своих силачей? – угадал я.

– Увы, – грустно улыбнулся господин Труссарди.