Дело трезвых скоморохов

Олёна шла, нисколько не скрываясь, всё в том же балахоне с капюшоном, а в руках у неё тяжело покачивалось лукошко, прикрытое платочком.

– Позволите у огня погреться?

– Милости просим, – гостеприимно откликнулась наша эксперт-криминалистка и потянула носом. – Да ты ли не к бабушке за дальний лес собралась? Чую, в корзинке пироги да маслице, а то ить по дорогам ночью огромадные волки шастают. Маменька не заругает?

– Я сирота, – привычно улыбнулась девушка и, без церемоний сев к костру, начала вынимать содержимое лукошка.

Мы ей верили, и уговаривать дважды не пришлось никого. Вроде бы всего было вдоволь, однако и нам за весь день маковой росинки не перепало, поэтому буквально через пять минут ужин скончался на глазах. Олёнушка только-только успела пожелать всем приятного аппетита и добавить, что сама-то сыта, отказавшись даже от яблока. В результате Митя схрупал их оба с хвостиками и семечками! Нам даже стало неудобно: теперь она подумает, что его в милиции голодом морят…

– Большое спасибо, – от лица всего отделения поблагодарил я.

– Да ведь знают все, – спокойно призналась она. – Кощей слугам своим приближённым семью смертями пригрозил, если вас на колени не поставят. Так я корзинку собрала и пошла первой. Они думают, что в еду яд подсыпан…

– Они – это кто?

– Директор цирковой, фокусник его же да силач их, пёс верный. Наверное, через часок придут проверять.

– Проще было бы позвать толпу шамаханов, – зачем-то посоветовал я.

– Ушла Орда, с обеда в степь направилась, им по весне табуны лошадок косматых пасти надо. А Кощей и в одиночку свой дом охранить может. Когда со столба слезет, конечно…

Мы болтали о чём-то ещё, смеялись, шутили, рассказывали забавные случаи из жизни – время летело незаметно! Наверное, поэтому мы и пропустили явление новых, неожиданных гостей… Их было двое, они шагнули в освещённый костром круг без предупреждения.