Да здравствует принц!

– Что с ней сейчас? Она жива? – Я лихорадочно закидывал её вопросами.

– Я не могу этого знать. Мне не положено.

– Как она к вам попала?

– Одно время я работала на… – миссис Рипли осеклась, – на важных людей. Они тоже были заинтересованы в извлекателях. Они видели в них угрозу чистокровным.

– Эта низшая, какая она была?

Она задумалась.

– Потерянная, уставшая, загнанная.

Кулаки невольно сжались сами.

– Вы видели её силу? Она извлекала материю?

– Её руки были за спиной, в тяжёлых браслетах.

– Как её звали? – Жажду запретного знания всегда нелегко унять, и это был тот самый случай. – Сколько ей было лет?

Я понимал, что миссис Рипли не ответит на все мои вопросы, но надеялся, что хоть что-то пойму.

– Мне не разрешалось знать её настоящее имя.

– Как вы её называли?

– В её досье было написано, что её можно звать Седьмая.

«Седьмая».

– Думаете, она была седьмым извлекателем в Октавии?

– Я предпочитаю об этом не думать.

– Что за это будет?

– Это не одобряется.

Октавия представилась мне здоровенным зверем, полностью состоящим из тёмной материи, совсем как лев Гедеона. И эта опасная махина безжалостно сжирала полукровок, низших, гнилых, извлекателей, переносчиков, чистокровных, осмелившихся задавать неудобные вопросы, – всех подряд. Все мы рано или поздно попадём в пасть этого чудища. Как его остановить? Я видел только один ответ.

– О чём теперь вы задумались, мистер Хитклиф?

Это чудище надо остановить любой ценой.

– Что будет с Октавией, если у чистокровных пропадёт тёмная материя?

– Такого не случится, – уверенно проговорила миссис Рипли.

– Давайте просто представим, – не сдавался я.

Она зажмурилась, словно от головной боли.

– Начнётся хаос.

– Вы думаете, что полукровки и низшие могут напасть на нас? Начнутся столкновения?

– Нет, так далеко не обязательно заходить. Чистокровные, потерявшие силу, лучше справятся с этим.

– С чем?

– С саморазрушением. – Миссис Рипли грустно улыбнулась. – Уроборос, змей, кусающий себя за хвост. Сначала чистокровные поглотят друг друга.