Да здравствует принц!

Они называли себя «Девятью Достойными» и на письмах часто мелькали две буквы «Д». Жаль, что всё это осталось в Септентрионе. Я бы тебе всё это показал.

Девять Достойных. Девять друзей. Разве у отца на письменном столе не было фотографии с ними? Точно! Ведь была! И кто входил в эту компанию? Отец рассказывал, что это были Бёрко, Хитклифы, Уолдины, Вотермилы, Кагеры, Брумы, Доны, Котийяры – и последняя фамилия вылетела у меня из головы.

– Как звали отца Дарсериана?"

"– Дариус Котийяр, но в переписке было сокращённое «Дар».

– Поэтому Дарсериан сказал, что у отца работа такая – всех знать…

– Да.

Тут же вспомнился Фрэдди, журналист, который поджидал меня у Музея современного искусства. Он точно был из этой газеты.

– Думаешь, он знает про Скэриэла и то, что мы задумали? – спросил я, нервно теребя в руках фехтовальную перчатку.

– Сложно сказать, – протянул Люмьер. – Они все в любом случае узнают. Ты переживаешь по этому поводу?

– Немного.

– О чём-то жалеешь? – Люмьер обеспокоенно подался вперёд.

Жалел ли я о том, что не был так близок с мамой? Жалел ли, что не замечал поддержки отца? Что считал Гедеона ужасным старшим братом? Или быть может жалел, что иногда был груб с Габи?

– Я жалею о многих вещах. Кажется, что я постоянно совершаю ошибки.

– Это не ошибки, Киллиан, это опыт.

Буду ли я жалеть о том, что поддержал поступление Скэриэла в Академию Святых и Великих? Или… буду ли я жалеть о том, что подпустил слишком близко к себе?

– Интересно, он всегда был таким засранцем? – спросил я с улыбкой.

– Думаю, что он ещё себя сдерживал, – улыбнулся Люмьер. – Насколько знаю, ваши отцы, я имею в виду Уильяма Хитклифа и Дариуса Котийяра, не ладят с юности. Так что эта вражда передаётся от старших к младшим.

Значит, газета, которой владеет Дариус Котийяр, писала те грязные статьи о моей маме. Тогда не удивительно, что наши отцы враждовали. Неужели Дарсериан такой же подонок?

– Мне плевать на Дарсериана, – объявил я.

– Думаю, что это его защитная реакция. Мы ведь застали его врасплох…

– Он просто переодевался. – Я с раздражением махнул рукой.

– …и увидели его увечье.

Никогда не встречал таких больших шрамов. Казалось, он протянулся через всю спину парня. Мне искренне было любопытно при каких обстоятельствах он его получил.

– Да, шрам у него отвратительный, – слабо кивнул я.