Измена. Ты останешься моей (СИ)

Близость с тобой даётся мне тяжело.

- Ты сама себе боишься признаться, что любишь меня и неравнодушна.

- Я испытываю ненависть к тебе. Мне противно вспоминать твой поступок.

- Почти правда. Ты злишься, но при этом хочешь остаться. Продолжаешь держать оборону, потому что гордая.

- Нет, Глеб. Дело не в любви, а в твоём отношении ко мне. Ты пытаешься контролировать меня, мой выбор, мои чувства, мои действия. Споришь с каждым словом, и ты не готов уступать, даже когда не прав. Будешь давить, пока не достигнешь цели.

- Сейчас попросил. Ты могла отказать.

- Только сейчас, в остальном - нет.

- Неправда, Надя. Один раз ты ушла, сделала выбор, а потом сама вернулась.

- Не было другого выхода.

- Знаю, я поставил тебе такие условия. Но ответь честно, если я тебе противен, тогда зачем вернулась?"

"- Иногда приходится преодолевать себя.

- Значит, я тебе противен? И если поцелую при всех, ты никак не отреагируешь?

- Не смей этого делать!

Мы танцем на автомате, я почти не слышу музыку.

- Нас слишком многое связывает и по щелчку не могу стать к тебе равнодушной, но и тебя тоже не понимаю. Женой для «галочки» может стать любая. Так зачем ты танцуешь со мной?

- Меня искренне к тебе тянет, даже когда ты надменная и холодная.

- Именно поэтому надо было изменять?

- Всё гораздо сложнее. Ты ведешь только поступок, но не видишь, что за ним стоит.

- Как ты можешь оправдывать себя?

- Могу, виновным тоже нужно дать слово в свою защиту.

- Ты уже высказался, а меня не слышишь. После предательства я чувствовала себя слабой и беззащитной. Ты защищал только себя. Даша дороже для тебя, чем я. И когда мне больше всего нужна была защита, ты повернулся спиной.

- Неправда, я помог тебе. И всё равно оплатил лечение твоего отца.

- Не верю!

- Да, я манипулировал, потому что иначе ты бы ушла.

- Ты сейчас это говоришь, чтобы выставить себя в лучшем свете?

- Мне незачем выставлять себя лучше или хуже, я такой какой есть и не пытаюсь казаться кем-то другим.

- Это не так.

- Я не хотел, чтобы вы виделись. Не хотел, чтобы ты узнала, но не смог оградить от неё.

- Конечно, она же племянница. Где были твои мозги?

- Там, где надо. - Глеб тяжело вздыхает. - Ты не можешь спокойно разговаривать?

- Конечно, я не каменная статуя, а живой человек, у меня есть чувства.

- У меня они тоже. Только ты их не видишь.