Чужая невеста для огненного дракона

– А ты решишься им рассказать о своём падении? – насмешливо спрашивает Асмунд, вжимая меня в книжные полки так, что они начинают жалобно скрипеть.

Животом чувствую его возбуждение. Он что, действительно, собирается сделать это?

Паника. Остатки разумных мыслей судорожно мечутся в голове.

Сделать вид, что уступаю, и ударить его по голове чем-нибудь, хотя бы вон тем подсвечником? Он не поверит. Или поверит? Он самоуверен.

Мне надо искать выход быстрее, иначе станет поздно. Руки Асмунда уже начинают блуждать по моему телу, а мои зажаты, словно в тисках, между нами.

Грохот за соседним стеллажом заставляет Асмунда вздрогнуть и отшатнуться от меня. Но это не свобода, он успевает перехватить мои запястья. Стискивает их одной своей огромной лапищей, а второй зажимает мне рот. Несколько мгновений Асмунд прислушивается.

– Ерунда, – усмехается он. – Книга упала. Продолжим?

И вскрикивает, потому что я впиваюсь зубами в его руку.

Он отдёргивает ладонь и тут же заносит руку, словно для удара, но в этот момент я коленом бью его между ног.

«Если вы решились ударить мужчину в самое ценное для него место, делать это надо так, чтобы наверняка, – поучал нас с Кирой старший братик. – И пусть пощадят вас Высшие силы, если вы не попадёте с первого раза. Вы только больше разозлите его».

Я попала. Асмунд с воплем сгибается пополам, а я бросаюсь к двери. Она далеко: мне надо пробежать мимо двух длинных стеллажей. Сзади уже слышен рык пришедшего в себя Асмунда.

Сзади на меня тут же наваливается тяжёлое тело:

– Ты доигралась, – рычит Асмунд.

Сильное мужское тело вжимает меня в мраморный пол. Тяжёлое дыхание обжигает затылок.

– Твоё счастье, что ты почти промазала, – зло цедит он. – Но всё равно ответишь.

Моя грудная клетка сдавлена настолько, что изо рта вырывается не крик, а невразумительное шипение.

В этом положении свободными у меня остались только голени. Пытаюсь пнуть Асмунда пяткой и даже попадаю ему по ноге.

– Лежи спокойно, – рявкает он. – Миндальничать с тобой больше не буду.

На мгновение тяжесть исчезает, но воспользоваться этим я не успеваю, только вдыхаю судорожно воздух.