Чудище, или Одна сплошная рыжая беда

И ведь зараза хвостатая лежащую рядом толстовку Липницкого просто игнорировала, хотя та потеплее и помягче будет.

— Что у тебя там? — заинтересовалась Лёля. И пока она не успела заглянуть в шкаф, я торопливо сунула ей в руки отчаянно возражающего против наглой дислокации сахарного опоссума.

Визг стоял… аж стены дрогнули!

Естественно на сей звук мигом прискакали мои временные «домочадцы»… мокрые. Почему-то! И вкусно пахнущие рассолом огуречным.

Та-а-ак… как говорится, ура, товарищи! Пополним скудную коллекцию мужского чистого тряпья!

— Что случилось? — чуть ли ни хором выдали перепугавшиеся парни, глядя то на жмурившуюся Лёльку, то на прыгающую на одной ноге меня, пытающуюся достать из-под верхней части пижамки забившуюся туда вусмерть перепуганную летягу.

— Я даже боюсь предположить, что тут произошло, — многозначительно кося на мои телодвижения, насмешливо протянул Исаев.

Вот же извращенец, а!

— Смешно, да? — кровожадно протянула я, вытаскивая-таки возмущенно пищащую момонгу.

Пронзительный визг повторился на бис!

— Так понятно? — мило уточнила, созерцая бледную подругу и вмиг оглохших парней, прижимая к груди сжавшуюся в моих ладошках Ни-ни. — Лёль, чего сразу-то не сказала, что грызунов боишься?

— Я же не знала, что у тебя они есть! — смущенно призналась девушка, виновато глядя на своего молодого человека, многозначительно прочищающего уши.

"— Ну, это недавнее приобретение, — покаялась, поглаживая дрожащую зверушку. И обратилась к своим «ароматным» друзьям. — И раз с этим благополучно разобрались… У вас-то что там приключилось?

— А разве что-то случилось? — попробовал уйти в глухую несознанку нагло улыбающийся Демьян. Даже с Игорьком переглянулся, мол, подтверди! Тот подтвердил, а я скептично заметила:

— Ага, а легкий флер исходящего от вас аромата, не иначе как «Шанель номер пять», на кой-то черт купленная Эльфенком в подземном переходе! Рассказывайте уже, орлы!

Пернатые братья предпочли тактично промолчать, невозмутимо рассматривая один — потолок, второй — свою девушку.

Ну-ну… Гусь же у нас птичка гордая, пока не пнешь, не полетит!

— Я так понимаю, на кухню мне заходить не стоит? — обреченно вздохнула, понимая, что моему милому сердцу помещению пришлось уже несладко.