Чудище, или Одна сплошная рыжая беда

Ни сразу, далеко не сразу до него дошел смысл сказанного Игорем. Подобное просто не укладывалось в голове, звенящей после сильного удара: как девушка в ее возрасте не могла уметь плавать. Как?!

Не веря своим глазам, Исаев, находясь в состоянии какого-то ступора смотрел, как Игорь помог вытащить из бассейна бессознательную Солнцеву. Подтянувшись, Полонский выбрался сам, а Липницкий в этот момент, аккуратно положив девушку на прорезиненную дорожку, судорожно искал пульс на ее шее.

Демьян смотрел и не верил.

Это же университетсякая оторва и невообразимая ехидна, ей сам черт не страшен, не то, что обычная вода!

Однако видение Богдана, делающего искусственное дыхание бессознательной девушке, твердило на всех языках об обратном. Исаев ее только что чуть не убил… причем собственноручно!

Анька пришла в себя после первых двух вдохов. Выплюнув воду, девушка судорожно кашляла, поворачиваясь на бок. И, наверное, только тогда до Исаева дошел весь смысл произошедшего.

Нет, он хуже!

Богдан, по чьим серебристым волосам стекали крупные капли, одарил его одним единственным взглядом. И Демьян понял — будет мстить. Медленно и со вкусом. И вот теперь уже по-настоящему.

Он ведь что-то испытывал к Солнцевой. И что-то гораздо более сильное, чем казалось на первый взгляд.

— Ань, жива? — обеспокоенно спросил Игорь, помогая девушке сесть. — В порядке?

Та рукой махнула, тяжело и хрипло дыша. А Полонский, ни говоря ни слова, вдруг резко притянул ее к себе и прижался лбом к ее виску, прикрыв глаза…

В лицо Исаева прилетело полотенце.

— Кровь вытри, герой-любовник, — саркастично прокомментировал свои действия появившийся в последний момент Евгений Евгеньевич. И уже гораздо громче крикнул. — Игорь, порядок?

Липницкий только отмахнулся.

— Ну, идем, поговорим, что ли, — задумчиво протянул мужчина, смотря на растерянного Исаева. — Я даже постараюсь тебя крыть не матом.

Демьян на это никак не отреагировал.

***

— Ань, в порядке? — обеспокоенный Игорь пощелкал пальцами пред моим лицом, постепенно возвращая к реальности. — Голова не кружится?

— Да нет, — отрицательно мотнула головой, смахивая с лица стекающую воду, — Вроде нормально…

Но находиться в мокрой одежде и обуви — удовольствие еще то. Особенно в обуви.