Чертовски неправильный парень

Однако это было странное чувство – осознание того, что, несмотря на все это… несмотря на все то время, которое я потратил в этом сезоне, абсолютно не желая быть частью команды… где-то в процессе игр и тренировок мне по-настоящему начали нравиться эти ребята.

С вновь обретенной уверенностью и легким сердцем я направился по коридору в сторону ледового дворца. Готовый ко всему, что должно было произойти.

Но пока шел, нервы снова начали сдавать. Я надеялся, самое большее, на обычную атмосферу перед игрой, гул толпы, волнение перед очередным матчем… но когда вышел на открытую арену, звук, который поразил меня, был оглушительным ревом, вся арена вскочила на ноги, осыпая меня… аплодисментами.

Я изумленно моргнул. Перед глазами предстали таблички с надписями типа «Ари, мы скучаем по тебе» и «Возвращайся домой».

Я был ошеломлен, сердце бешено колотилось, как оглушительные аплодисменты окутали меня. Это было похоже на сон, на какой-то тщательно продуманный розыгрыш, организованный Линкольном.

– Это ты их подговорил, Линк? – спросил я полушутя, пытаясь скрыть внезапную волну эмоций.

Линкольн просто понимающе посмотрел на меня и игриво хлопнул по плечу.

– Добро пожаловать домой, приятель, – сказал он и заскользил обратно к команде. Его слова были простыми, но в них было столько чувств, которые я не мог игнорировать.

Слезы выступили в уголках глаз, когда я махал толпе, нервный смех смешался с ошеломляющим ощущением, будто меня ласково прижимает к груди место, которое когда-то я назвал домом.

Игра началась. Знакомый прилив адреналина прошел по всему моему телу, когда я оказался на льду. Я вновь стал частью места, которому принадлежал раньше, пусть и на другой стороне, и ничто не могло меня остановить. Шайба заплясала позади наших ворот, и мы с Линкольном оба бросились за ней. Я столкнулся с Линкольном, впечатав его в бортик, на что он вполголоса выругался в мою сторону. Улыбка на лице говорила о том, что он был так же взволнован возможностью снова играть со мной на одном льду, как и я.

Когда Линкольн сделал бросок по воротам, Уолкер изящно остановил шайбу, –  и я не удержался от возгласа.

– Ну как хорош! – закричал я Уолкеру, в то время как Линкольн, проезжая мимо, показал нам обоим средний палец.

Чуть позже, когда наступил перерыв, я подъехал к скамейке, чтобы попить воды… и заметил табличку, которую держали две девушки в первом ряду.