Честь горца

Я оплачу все расходы, чтобы довезти меня до Шотландии.

– Как хотите.

Найджел решил, что сейчас не самое лучшее время спорить на эту тему. Ему было понятно, что она чувствует. Должно быть, трудно полностью зависеть от чьей-то доброты, в особенности если ты так долго пытался выжить, и выжил только благодаря себе. От этого оставалась горечь, как от поражения.

– Почему мне кажется, что вы не согласились по-настоящему? – проворчала она, закрывая глаза.

– Вы чересчур много переживаете из-за этого, милая. – Он осторожно убрал несколько вьющихся прядей у нее со лба.

– Отдохните. Это сейчас нужнее. Насладитесь минуткой покоя и комфорта и выкиньте из головы заботы и тревоги.

– Не думать о плохом, не заглядывать далеко.

– Будете думать о чем-нибудь дурном – не заснете. А выспаться просто необходимо.

– Вы так говорите, потому что сами вот-вот заснете.

– Точно. – Он усмехнулся, когда она негромко засмеялась.

– Спите и ни о чем не беспокойтесь, сэр Мюррей.

Он решил, что это очень хорошее пожелание, и тихо пожелал ей того же самого.

Приятно было лежать и ни о чем не думать, просто спать, а не бодрствовать наполовину. Найджел вдруг почувствовал, как устал от войны, от необходимости выживать. Все более заманчивой становилась мысль вернуться в Донкойл, туда, где найдется много людей, которые прикроют ему тылы, и можно будет расслабиться.

Для Жизели это тоже удачный выход, подумал он и осторожно обнял ее со спины. Ги был прав. Будет трудно обеспечить ей защиту так, как ему хотелось. Но по крайней мере сейчас она спокойно отоспится.

В какой-то момент, он засомневался, правильно ли поступает, доставляя своему клану столько хлопот? Потом отбросил сомнения. Они будут рады помочь женщине в таком отчаянном положении."

"Вот и еще один раз он не воспользовался шансом, чтобы рассказать Жизели о своем доме и о том, что его там ждет. Найджел собственными руками создавал себе проблемы. Зная, что ему нужно хотя бы вскользь дать ей понять, почему ему пришлось уехать оттуда, он все равно проявлял малодушие.

Сюда еще примешивалась гордость. Его смущало, что нужно будет признаться: причиной его отъезда и расставания с родными стала страсть к жене своего брата. Он не доверял себе. Тогда ему казалось, что он не сумеет с честью выдержать ее постоянное присутствие. Такого рода признание не привлекло бы Жизель на его сторону.

Он молчал еще и по другой причине. Стоит ему открыть ей всю правду, как у нее сразу появится масса вопросов, на которые у него не было ответов.