Честь горца

Значит, решили немного пройтись у воды?

Дэвид уставился на него:

– Вы всегда даете понять собеседнику, что не принимаете его всерьез как противника?

– А разве я так делаю? – Найджел внимательно посмотрел на него, поднимаясь вновь. – Вы представляете угрозу, сэр Люсетт?

– Вполне возможно, и очень опасную. Я не верю, что вы – тихая пристань, как полагает кузина. Время от времени она бывает жутко наивной.

– Она – вдова, а не девица, которая ничего не понимает в мужчинах.

– И поэтому нужно попользоваться ею?

– Наконец-то вы озаботились благополучием родственницы.

Дэвид выругался, прошелся по шелковой траве и остановился напротив Найджела.

– Понимаю ваш намек и могу согласиться с обвинением, потому что знаю, что заслужил его. Вдобавок я вспыльчив, об этом знают все. И отходчив. Признаюсь, мне не удалось уговорить ее, как, впрочем, и другим моим родственникам. Но это касается только нас и ее. Мы сможем договориться. Вам здесь не место. Это не означает, что я плохо отношусь к вам.

– Обо мне можете не беспокоиться.

– Неужели? Хотите сказать, что у вас не текут слюнки, глядя на нее?

Найджел улыбнулся:

– Нет, я не настолько великий лжец.

Он чуть не расхохотался, услышав, как Дэвид начал браниться снова. Юнца было очень легко изводить. Поэтому Найджел понял: пора остановиться. Может настать такой час, когда ему потребуется воспользоваться добрым расположением родственников Жизели. С другой стороны, то, что Дэвид и остальная родня отвернулись от нее, не заслуживало никакого уважения.

– Мне кажется, честность должна вознаграждаться. Если вы весь из себя такой честный, тогда, может, расскажете, что вы готовите моей маленькой кузине?

– С трудом верится, что вам до этого должно быть дело, но скажу. Я собираюсь перевезти ее в безопасное место – в мой замок в Шотландии. – Он пронзительно глянул на Дэвида. – Как полагаете, вам удастся восстановить ее доброе имя и сбить этих гиен со следа?

– Удастся, я уже говорил.

– Да-да, я слышал. Только вот что удивительно, вы так уверенно об этом говорите, а за целый год ничего не сделали. – Он хмуро посмотрел на покрасневшего Дэвида. – Наверное, никто палец о палец не ударил, так ведь? Они все решали, виновата она или нет, и больше ничего. А что, если предположения о том, что Жизель сделала со своим мужем, не лишены оснований?

У Дэвида округлились глаза.