Честь горца

Он хотел, чтобы ее кожа вновь несла на себе его запах. Но еще ему хотелось, чтобы она запомнила его нежность, его ласки и не думала, что все мужчины похожи на Дево. Это знание ей потребуется, если когда-нибудь придется снова бороться со своими темными воспоминаниями.

Он осторожно просунул ей руку под сорочку. Жизель не стала останавливать его, даже не напряглась, когда он начал ласкать ее грудь. Найджел вздохнул с облегчением. Вашель не смог убить в ней страсть, не смог заставить испытывать стыд от прикосновений.

С его стороны это был эгоизм чистейшей воды, признался он себе. Потому что было страшно представить, что для него пропадет возможность вновь насладиться ею. Рука об руку с эгоизмом шла радость от того, что Жизель пострадала не так серьезно, как он боялся. Она не заслуживала такой участи.

– У меня в голове не укладывается, как твои родители могли отдать тебя в такую семью. – Он стянул с нее сорочку. – Не могу поверить, что никто не догадывался, что все Дево – ненормальные.

"

"– Мне тоже так кажется, они ненормальные, – согласилась она и улыбнулась, когда он начал стаскивать с себя одежду. – Мои родители давно умерли, упокой Господь их души! Свадебным договором занимались мои опекуны – престарелый дядя и один дальний кузен. – Жизель раскрыла ему объятия. – Меня растила бабушка, но она тоже умерла до того, как это несчастье свалилось на меня. Мне кажется, что ни родители, ни бабушка не допустили бы такого брака, если бы были живы. По крайней мере они пришли бы мне на помощь, когда истинная сущность Мишеля открылась.

Откровенно говоря, я начинаю думать, что путь, который мне пришлось пройти, был предназначен мне с рождения. – Она только пожала плечами, когда Найджел с сомнением посмотрел на нее. – Юноша, с которым я сначала была помолвлена, умер очень рано, а родители не успели договориться о другом браке и тоже умерли. Еще одну помолвку организовали опекуны, но того человека убил какой-то ревнивый муж. Мои опекуны не знали, что делать, и тут Мишель увидел меня при дворе короля и отправился к ним. Не только опекуны, все мои родственники были на седьмом небе от счастья. На меня посмотрели, предложили цену и купили, прежде чем я смогла хоть что-нибудь сообразить.

– Такую ошибку ничем не исправить. Но сейчас твоя родня уже поняла, в чем она была не права, и собирается помочь тебе. Может, хоть это разбавит твою горечь.

– Хотелось бы надеяться. – Она обвилась вокруг него.