Честь горца

– Вашель ненавидел своего кузена. Его главная печаль в том, что, пока она жива, он не может вступить в права наследства, как следующий в роду. И сейчас семейка вынуждена подыскивать кого-нибудь еще, кто, как Мишель, смог бы подластиться к королю.

– Придержи язык, Жорж. У Вашеля Дево нет никакой жалости к тем, кого он считает своими врагами.

– В глаза я никогда ему такого не скажу. Просто заберу выкуп, который за нее предназначен, и только меня и видели в этом проклятом месте. – Он, насупившись, посмотрел на Жизель: – А где шотландец?

– Мы разъехались, – ответила Жизель, а сама стала молиться, чтобы Найджел избежал такой же участи.

– Ты, наверное, тоже убила его? – проворчал Луи. Он двинулся прочь от насыпи и потащил Жизель за собой.

– Я вообще никого не убивала! – выкрикнула она, понимая, что на самом деле это не так. Последний из шести преследователей, которого ей повезло прикончить несколько дней назад, защищая раненного им Найджела, мог быть родственником или другом одного из этих, но не стоило упоминать о нем.

– Дево говорил совсем другое.

– А каждое слово из его грязных уст – чистая правда, так, что ли? Тогда ты настоящий осел, если веришь ему. – Она выругалась и застонала от боли, когда Луи со злостью заломил ей руку.

Краем глаза она заметила, как хмурится Жорж. Его мрачный вид выдавал сомнения, которые одолевали его. Интересно, удастся ли ей найти тропку к нему? Она отбросила вдруг мелькнувшую надежду. Ему нужен выкуп, назначенный за нее. Это может быть следствием обыкновенной жадности, но также может означать, что он в страшной нужде.

В такой нужде, когда человек готов жертвовать собственной жизнью. Кроме того, тот, кто осмелится помочь ей, подвергнет свою жизнь смертельному риску. Не много найдется людей, которые согласятся на такой риск ради незнакомой женщины, обвиняемой в убийстве."

"Она внимательно посмотрела на остальных мужчин, которые стояли при лошадях Луи и Жоржа. У всех грубые лица с каменным выражением. Ни у кого не мелькнуло в глазах ни проблеска сочувствия, ни неловкости.

Найджел говорил ей, что она очаровательная женщина. Но тут было совершенно ясно, что она недостаточно очаровательна, чтобы смягчить сердца этих людей. Отсюда нелепо было ожидать какую-нибудь помощь.

– Только не талдычь, что не виновата, – прорычал Луи. Из седельной сумки он вытащил длинный кусок веревки и крепко связал ей руки за спиной. – Мне все равно, убила ты того ублюдка или нет. Ты нужна господину Вашелю, и я отвезу тебя к нему.