Черный Маг Императора 13

Самый долгий разговор, ожидаемо, получился с Лешкой, с которым мы обменялись имеющейся у нас информацией.

Именно от него я узнал, что на ужин их водили строем, как маленьких детей в детском саду. Кроме того, он рассказал мне, что по всей общаге шныряли полицейские, которых на этот раз приехал чуть ли не целый автобус. Опрашивали всех, кого могли.

Самой собой, вся школьная территория тоже была наводнена полицией. Вот только ее они исследовали в сопровождении преподавателей и это было вполне логично. В «Китеже» очень много разных строений и в некоторые из них соваться непосвященному в местные нюансы человеку попросту опасно.

Да и вообще, они могли много вреда наделать по неопытности. Это как со слоном в фарфоровой лавке. Даже, может быть, еще хуже, зная склонность полицейских совать свой нос куда надо и не надо.

— В общаге только и разговоров, что ты опять влип в какую-то историю, — докладывал мне княжич, после того как я уже несколько раз подряд рассказал ему про наши приключения с Аркашей и славную битву с гидрой.

— Кто бы сомневался…

— Блин! Как же я жалею, что меня там не было! — злился Лешка. — Ну что за напасть? Все интересное проходит мимо меня!

— Знал бы, что нам предстоит, я бы тебя с собой взял на прогулку, — сказал я. — Я же не виноват, что все проходящее мимо тебя постоянно сваливается на меня. Шагу нельзя спокойно ступить. Скоро буду бояться из своей комнаты в общаге выходить.

— Ага, так я тебе и поверил… — хмыкнул он. — Зарекалась коза в огород не ходить…

На ночь нас с Рахманиновым напоили успокоительным, восстанавливающим силы, отваром, так что до утра мы проспали как убитые.

Завтракать мы пошли в сопровождении Громова, который нас и разбудил, сразу после того, как ему разрешил это сделать Веригин. Впервые я топал в столовку под конвоем. Такое себе ощущение, непривычное.

Зато мы узнали от Романа Артемовича, что занятия возобновили. Хоть один приятный момент. Хорошо ведь пить какао и трескать пряники, в то время как все остальные сидят в классах и учатся.

Судя по лицу Рахманинова, ему это тоже нравилось, но слишком долго наслаждаться таким приятным завтраком Громов нам не дал. Все время смотрел на нас коршуном, строго прищурив свой единственный глаз.