Бывшие. В снежном плену

Он как пушинку выдернул меня из-за рессепшен и пройдя немного втолкнул меня в дверь, оказавшейся небольшим служебным помещением. Толкнул к стене и навис надо мной.

— Ты мне больше нервов попортила за день, чем за год жизни с тобой, — проговорил он сквозь зубы, — ты специально в номере устроила то невыносимую жару, то жуткий морозильник? А завтрак с полуготовыми блюдами, «великолепное» кофе такое же солёное как Красное море? А мелочи в номере типа отсутствия туалетной бумаги и душевых принадлежностей?

— Я хотела и старалась, а ты можешь жаловаться управляющему… — растянула губы в едкой улыбке.

Воронцов едва наметил улыбку.

— Ты думаешь я жалуюсь? У нас с тобой сделка, детка.

— У тебя со мной, — прошипела я ему прямо в лицо, уточнила, — мне этого ничего не надо было. Ты нашёл меня, не поленился притащиться сюда, мы год не общались и я планировала так и дальше.

Воронцов и так стоявший близко теперь навалился всем телом.

— Я не хотел развода…

Я даже не почувствовала насколько он встал близко и зло расхохоталась.

— Угу, ты просто хотел трахаться на стороне, а дома быть с чистой, наивной девочкой, ага?

— Я всегда возвращался к тебе, — отчеканил он.

— Ха. Возможно я и наивная, но не дура, — только сейчас заметила, что Саша непозволительно близок, — отпусти…

Его горячее дыхание коснулось моего лица. Его грудь часто вздымалась, а горячий взгляд заскользил по мне, спускаясь всё ниже: в ложбинку декольте, осев на бёдрах. Я видела этот взгляд однажды, в тот вечер, когда наш совместный мир разрушился.

— Пусти, — прошептала я, облизав губы мигом ставшие сухими.

— Кто-то был после меня? — хрипло спросил Воронцов.

Я не ожидала такого вопроса, поэтому на миг замешкалась.

— Д-да, — проговорила я сипло, — эм… десять. Удовлетворили по полной, как тебе и не снилось, — первое что пришло на ум.

— М? — Воронцов поднял бровь, — сейчас проверим. Когда будешь сладко кончать…

— Ч-что? — переспросила я.

Но Александр не дал мне опомниться.

Глава 11

— Воронцов, — прорычала я, — а ну отпусти… Живо. Совсем уже.

Дёрнулась, ощутив, что мои щёки опалил румянец. От близости, от запаха. Его умопомрачительного запаха…

И память так не вовремя выудившая воспоминания: Воронцов много работал и даже когда приходил с работы, после ужина, чмокнув меня в лоб, всегда уходил в кабинет.