Буря (СИ)

При упоминании своего имени чужеземка встрепенулась и повернулась к Алкиду. Айрина взяла ее за руку и повела за собой наверх.

Сахана кивнула и бесцветным голосом без всякого энтузиазма сказала, подбирая максимально простые выражения и избегая медицинских терминов:

— Когда рождается ребенок, никто не учит его языку по книгам. Его мозг так активно воспринимает информацию, что буквально за год он абсолютно осваивает язык. Все это происходит благодаря тому, что именно в этом возрасте мозг очень восприимчив – достаточно слушать речь окружающих и смотреть по сторонам.

Я могу создать такие условия в голове у Лии. В случаях серьезной запущенности детей, при работе с безумными и для ускоренного обучения диких, мы использовали такие практики на Юге. Не для усвоения языка, конечно, но поводов было достаточно.

— А в чем же тогда неудобства? – спросил Василь.

— В том, что кто-то должен с ней заниматься, показывать картинки, называть предметы, постоянно без умолку говорить.

И еще, ее нельзя будет волновать, стресс в условиях подобной восприимчивости сможет нанести ей серьезную травму.

— И сколько времени это займет? Сколько ее надо будет обучать и оберегать? – спросил хозяин."

"— Три недели – минимум. Для достижения наилучшего результат – полтора–два месяца. Дальнейшее усиление этих процессов опасно в зрелом возрасте и его придется остановить. Она, конечно, будет говорить не слишком хорошо, но мы сможем понимать друг друга.

Норман молчал, но его лицо говорило за него, предвещая и Сахане, и Лие незавидную участь, будь на то его воля.

— Можешь идти, – отпустил ее Алкид с таким отстраненным видом, что женщина сто раз пожалела о спасении Лии и Рифы.

Лежали бы они сейчас в снегу. Рифу бы сожрали бы волки. Лию – если умные, то есть бы не стали, если глупые, то съели бы и отравились мерзким черным желе из ее крови. А Сахана бы сейчас во всю развлекалась с семьей своего хозяина. Возможно, они бы играли в снежки.

Или карабкались бы на гору. Ночью они с Алкидом занимались бы любовью. Все это показалось таким далеким. Теперь на душе шевелилась тревога, ожидание наказания, страх потерять то нормальное отношение, которое только начало устанавливаться.

Впервые Сахана задала себе вопрос – так ли хорошо она узнала Алкида за эти месяцы. Как продолжатся и чем закончатся их отношения? Что будет, когда она ему надоест? Ведь он не отпустит лекаря восвояси.