Будь моей

Василий был вынужден признать, что никогда не видел Александру такой красивой, и теперь возмущался, что она упорно отказывалась открыть ему эту нежную женственную сторону своей натуры — разве что в постели.

Черт возьми, она умела танцевать, умела поддержать светскую беседу, не ругаясь и не шокируя никого, и, судя по всему, не избегала званых обедов, иначе ее быстро бы вычеркнули из списка гостей. Видимо, она смогла обвести этих англичан вокруг пальца и заставить их поверить, что она истинная леди.

Ярость графа усугублялась еще и тем, что он не успел догнать Александру до отплытия в Англию и больше месяца гонялся за своей невестой.

Дважды очи теряли се след: в первый раз, когда узнали, что она направилась в горы, словно бы собиралась домой, а потом резко изменила направление и двинулась на север. После этого Василий отослал домой большую часть своих людей, решив, что они ему не понадобятся.

Второй раз они потеряли Александру, когда она сменила способ передвижения и, вместо того чтобы ехать верхом, продолжила свой путь в коляске.

Чистое везение, что в Лондоне он умудрился найти ее отель всего за несколько часов, но там уж любезная Даша подробно рассказала, где можно найти хозяйку сегодня вечером."

"Теперь же в нем боролись весьма противоречивые желания. Первым порывом Василия, как всегда, было заняться с ней любовью, и он с трудом взял себя в руки. Едва увидев Александру, граф испытал приступ жгучего желания, но одновременно с тем был готов придушить ее за все причиненные ему неприятности.

Однако было и третье желание — просто заключить Александру в объятия и сказать ей — что? Что он чуть не заболел от беспокойства и страха опоздать и найти ее женою Лейтона? Что он оказался в плачевном состоянии, влюбившись впервые в жизни?

Она ни за что бы ему не поверила после всего, что было между ними. А как насчет этого англичанина? Если бы он нашел ее в обществе Лейтона, вероятно, тут же вызвал бы того на дуэль.

А если бы он увидел, что они действительно любят друг друга?

Хватило бы у него порядочности откланяться и оставить все как есть?

Его ревность вопила; «Нет!""

Но эта чертова любовь твердила, что он хочет видеть ее счастливой.

Эти чувства были непримиримы, и Василий решил, что прежде всего нужно выяснить, не опоздал ли он.

— Как твоя свадьба, Алин? Александра едва не задохнулась от изумления. Как он мог узнать о ее толстяке виконте?

— Какая свадьба? — осторожно спросила она.

— Твоя и Лейтона.