Бракованная

Главное — всё, как я хотел! Я получил в невесты абсолютно нетронутую девушку, красивую, отлично воспитанную, вышколенную… Я ей даже нравлюсь — чувствую это по тому, как она реагирует на мое появление, как отвечает на поцелуи. И тем не менее четко осознаю, что после сегодняшнего не смогу больше наслаждаться нашими отношениями. Хочу, но не могу. Вся малина отравлена ревностью.

Понимаю, что не изменяла, но в голове звенит звонок: пока не изменяла, завтра изменит или послезавтра.

Я привык к Эве, пусть мы с ней вместе всего несколько недель.

Мне с ней хорошо. Прикипел к девчонке так, как думал никогда не смогу. Я влюбляюсь в нее — это очевидно. Но ведь существует вероятность, что она рано или поздно меня предаст. Они все предают, абсолютно все.

И если мне в самом начале наших отношений было так хреново от ее возможной измены, что же будет, когда я на ней женюсь, сделаю ребенка, влюблюсь окончательно и бесповоротно… Что мне потом делать, если она вдруг изменит? Я же с ума сойду.

В то же время понимаю: если начну мучить Эву своими подозрениями, то внесу разлад в наши отношения и, возможно, этим лишь подтолкну ее к измене. Стоит представить, как мой Снегирёк позволяет какому-нибудь мудаку уложить себя на лопатки, и перед глазами появляется красная пелена. Сразу хочется убивать.

«Замкнутый круг какой-то…» — рычу я про себя, молча уплетая салат.

Вкусный. Простой, но безумно вкусный. Кладу в рот еще одну вилку, пытаюсь определить ингредиенты.

Их немного, кстати. Говядина, сыр, какой-то соус… Еще и украшен интересно — на поверхности из тертого сыра желтым соусом изображены снежинки, есть даже надпись: «С Новым годом». Единственная надпись, на других блюдах ничего такого нет.

Необычный салат, Пьер раньше такого не готовил. На каждый праздник в этом доме стандартное французское меню: утиное филе, фуа-гра, морепродукты, трюфели — всё в таком духе. Основная часть еды заказывается во французском ресторане, но часть блюд наш повар-зануда не доверяет никому.

Сам себе поражаюсь: думаю о какой-то еде, а раньше и не заметил бы нового блюда. Хотя лучше думать о салате, чем о том, как Эва мне изменяет.

И тут дверь в банкетный зал открывается, а на пороге появляется Пьер собственной персоной. Под общие аплодисменты он везет тележку, на которой стоит трехъярусный торт, украшенный немыслимым количеством снежинок.