Бракованная

Сижу в кресле как ни в чем не бывало, хотя изнутри меня уже поджаривает желание содрать с Эвелины халат и уложить на стоящую рядом огромную кровать.

— Выражайся яснее, — делаю упор на последнее слово.

— Мы же еще не женаты! — наконец выдает она.

Причем строит при этом жутко возмущенное лицо, даже мокрые кудри подпрыгивают в такт ее словам.

— А ты правда думаешь, что я буду ждать до свадьбы? — еле удерживаю в себе рвущийся наружу смех.

— Я… мы…

И всё. Снегирёк теряется, окончательно замолкает, стоит на месте, будто статуя, даже не моргает и, кажется, не дышит.

— Мы переспим сейчас, — заявляю я резко, чтобы хоть как-то ее подготовить.

И вдруг она начинает хмуриться, щуриться, смотрит на меня исподлобья.

— Вы меня привезли в отель, чтобы соблазнить?

«Да что ж такое! — мысленно возвожу я руки к небу. — Ну конечно, жил себе, в ус не дул, а потом вдруг в голову стукнуло — надо скататься в Дивноморское, отыскать там красотку для секса, в Пскове же нет ни одной.

— Мне нужна жена, Эва! Такая, как ты, чистая и светлая девушка, которая будет мне верна, родит детей… Такую девушку я буду оберегать, баловать, дам ей всё, что она захочет. Либо ты станешь для меня такой девушкой, либо… — намеренно делаю паузу.

И Снегирёк продолжает за меня:

— Либо вы отправите меня назад…

При этом глаза ее расширяются до невероятных размеров, а дыхание замирает.

Киваю, решив, что ей так будет проще решиться на то, что между нами произойдет.

— Ты согласна быть моей женой, Эва? — спрашиваю, прищурившись.

И Снегирёк кивает и снова замирает, как статуя.

— Тогда скидывай с себя халат и ложись в постель…

Ее руки тянутся к поясу и вдруг замирают.

— Вы можете отвернуться? Пожалуйста…

— Конечно нет, Эва! — Я совершенно не собираюсь лишать себя пикантного зрелища. — Привыкай к тому, что я буду видеть тебя обнаженной.

Еще некоторое время потоптавшись на месте, она всё же развязывает злосчастный пояс, скидывает халат на пол, а под ним… ничего под ним нет! Впрочем, неудивительно, ведь у Снегирька пока нет сменного белья.

«Какая же ты обалденная…» — отмечаю я про себя, жадно разглядывая округлости ее тела, грудь, мгновенно напрягшиеся соски, линию талии, бедер, нежный треугольник, едва прикрытый золотистыми волосами.

Несколько секунд, и прекрасное видение прячется под одеялом, а я разочарованно вздыхаю.