Бракованная

Странное дело — я раньше мог спокойно уехать в командировку на несколько дней или даже неделю. При этом не печалился об Эве. Правда, я доподлинно знал, где она, что с ней творится, мог позвонить в любую минуту, и она ответила бы. Даже просто знать, что жена дожидается меня дома, было в радость. Теперь подобная роскошь мне недоступна.

Не могу больше терпеть эту пытку полнейшим игнором с ее стороны, я должен хотя бы услышать Снегирька. Хоть словечко, хоть вздох — уже не до жиру… Она необходима мне.

— Выйдите! — велю сотрудникам.

Меня не заботит, что я прервал докладчика на середине речи. Пусть катится ко всем чертям, пусть все они катятся…

— Что, простите? — переспрашивает один из подчиненных посмелее.

— Вон! Все вон! — уже ору.

Люди выбегают из кабинета как ошпаренные, словно я собираюсь их всех тут перестрелять.

Дожидаюсь, когда выскочит последний, считаю до десяти, чтобы хоть немного успокоиться. Потом нажимаю на кнопку внутренней связи и прошу секретаря:

— Позвоните вот по этому номеру.

Диктую цифры телефона гостиницы «Отличная», ведь личного номера Снегирёк так и не приобрела, я проверял.

— Позовите Эвелину и соедините со мной.

Знаю, паршивка не подойдет, если будет знать, что звоню я.

— Добрый день! — слышу ее звонкий голос.

Глубоко вздыхаю и начинаю, как мне кажется, спокойным тоном:

— Что плохого я тебе сделал? За что ты так со мной? Я был с тобой добр, щедр. Я забрал тебя у сумасшедших опекунов, поселил в своем доме, женился на тебе.

— Я всё написала в записке… — отвечает она сдавленным голосом.

— Ни хрена ты там не написала! Почему ты ушла? В чем причина? Объяснись со мной!

— Я не хочу объясняться! — вдруг кричит она.

Наверное, впервые за два года я слышу, как моя жена на меня кричит.

"— Как мы сможем наладить отношения, если ты не хочешь объяснить мне… — стараюсь говорить спокойно.

Но паршивка меня перебивает:

— Я не хочу ничего налаживать!

— А я хочу!

— Ты меня на хрен послал!

Этим выкриком она на секунду меня затыкает.

Да, послал… Но я же не думал, что она пойдет.