Двойня в подарок

Ловлю себя на странной мысли. Обычно, я никому не рассказываю об отношениях в моей семье. Боюсь для других стать изгоем. Уже если от нее родители отказались, то остальные – подавно.

Но другое дело Тимофей. Да и молчать нет сил. С каждым словом будто лопается застарелый фурункул. И вся грязь и гной выходят наружу, очищая рану и исцеляя душу.

– Прорвемся, Лерочка, – целует меня в нос Тимофей. – Главное, мы вместе.

– Не сомневаюсь, – утираю слезы. Теперь уже от радости.

– Ну вот. Опять, – укоризненно мотает головой Морозов.

Мотаю головой, стараясь взять себя в руки. И тут же подскакиваю на месте, когда с улицы доносится громкий плач.

– Проснулись наши красавицы, – радостно заявляет муж и почти бегом несется к двери. А я как обычно залипаю взглядом на широкой груди и упругой заднице.

Тимофей прав. Я чуть все не потеряла по собственной наивности и глупости. Но теперь я точно никому не поверю и свое счастье из рук не выпущу.

Вслед за мужем несусь к входной двери. А Тимофей уже выскакивает на расчищенное от снега крыльцо в домашних тапках.

– Это кто тут у нас самый голодный? Анечка или Аленка?

51

Уложив дочек спать, мы с женой долго болтаем в постели. То вспоминаем какие-то случаи из жизни, то просто тискаемся. А когда Лера, распластавшись на мне, тихо бормочет «Я люблю тебя, Тима!» чувствую себя самым счастливым бакланом на свете. Это ж надо сколько счастья привалило.

Жена. Дочки.

Чуть не упустил. Но главное, вовремя спохватился. И чтобы там не предсказывала глупая гадалка…

«Погоди, Юнона! Я тебе отомщу!» – думаю, засыпая.

Но вот Лера откатывается в сторону. Сразу становится холодно и пусто. Спросонья хочу ее поймать и притянуть обратно, но словно по команде распахиваю глаза.

И затыкаю себе рот, чтобы не заорать от восторга.

Вот как работают мои мозги. Целовался с Лерой, разрабатывал план мести Юноне, а проснулся с готовым ответом по Анквисту.

Осторожно поднимаюсь с кровати, дабы не разбудить жену. И усевшись за письменный стол, включаю настольную лампу в виде обнаженной девушки.

«Нужно убрать ее отсюда. Теперь тут не холостяцкая берлога, – размышляю, переводя взгляд на разметавшуюся по кровати Леру.

Сейчас быстренько набросаю основные тезисы защиты и нырну в постель. Осторожно разбужу жену поцелуем…

Выудив из ящика ежедневник, открываю поспешно.