Браки совершаются на небесах

Ты сама добровольно отказалась от родительских прав.

Илона несколько секунд молча смотрела на него. А потом снова махнула бутылкой.

— Открой вино, Леви.

* * *Много раз до сегодняшнего дня, когда Илона приезжала к нему, Марк испытывал острое желание прогнать ее. Но так и не прогонял. Наверное, он делал это ради Вероники. Потому что эта женщина — мать Вероники. Дочь до сих пор рисует портреты дорогой мамочки, которая ушла на небо. На небо, как же… По небу у нас папа специалист.

Марк разлил вино по бокалам. И себе тоже.

Марк вдруг понял, что сегодняшний визит Илоны к нему — последний. И пора ставить точку в этой затянувшейся мыльной опере. Он в долгий глоток ополовинил свой бокал.

— Хорошее вино.

— Что с тобой, Марк?

— Ничего.

Они пили вино молча. Марк подбирал слова. Не такие, чтобы не задеть Илону. Он ясно осознал, что ему на это плевать. А такие, чтобы два раза повторять не пришлось.

Ну что ж…

— Я хочу видеть Веронику.

Марк поперхнулся вином. Хорошо, что футболка темная.

— Ты поедешь к ней завтра? — продолжила Илона. — Я поеду с тобой.

— Нет.

— Почему?!

— Во-первых, я завтра не поеду. Во-вторых, ты туда не поедешь.

— Я ее мать!

— Ты слишком поздно об этом вспомнила.

Илона долго и зло смотрела на него, а потом залпом выпила свое вино.

— Святой Марк, — процедила она и сама долила себе в бокал.

— Я не жалуюсь.

Потому что не приучен. Не умею. Не знаю, как. Хотя в то время, когда хотелось выть от бессилия — не отказался бы от такого полезного навыка.

Илона сделала щедрый глоток.

— А ты знаешь, что я специально от тебя забеременела? Я презервативы протыкала.

— Догадывался.

— И что?

— Спасибо тебе за Веронику.

Илона вдруг разрыдалась — шумно и некрасиво. Она рыдала, икала, запивала слезы вином и обливалась им. Марк ждал.

— Ты никогда… никогда не думал… что было бы с нами, если бы Вероника родилась нормальной?! — сквозь икоту спросила Илона. — Мы могли бы быть счастливы. Могли бы стать настоящей семьей. За что… — прерывисто вздохнула Илона. — За что судьба так жестоко со мной, Марк?! Мне было уже тридцать шесть, я просто хотела немного женского счастья! С красивым молодым мужчиной.