Браки совершаются на небесах

А весь экран телефона занял вдруг детский рот. Это Вероника целовала со своей стороны экран своего смартфона. Марк почувствовал, как к лицу прилила кровь. Да что же он натворил, идиот?!

— Тише, тише, Вероника, — мягко рассмеялась Кристина. — Отодвинься немного, чтобы я тебя рассмотрела.

Вероника послушалась, и теперь в экране телефона снова было видно ее лицо. Марк привык к тому, как выглядит его дочь. А для неподготовленных людей это зрелище могло быть… неприятным. Он скрипнул зубами.

— Так вот ты какая, Вероника, — между тем продолжала говорить Кристина.

— Ты настоящая?! — с присвистом спросила Вероника.

— Кажется, да, — рассмеялась Кристина. — Сейчас у папы твоего спросим. Папа Вероники, как вы считаете, я — настоящая?

Марк повернулся к ней. И с удивлением увидел, что выражение лица у Кристины было абсолютно спокойным. А в глазах… в глазах не было ни отвращения, ни — что еще хуже — противной фальшивой жалости. Любопытство и благожелательность. И то, и другое — искренние.

— Да, — он прокашлялся. — Настоящая.

Вероника снова взвизгнула, но тут же притихла. И задала следующий вопрос:

— А что ты делаешь рядом с папой?!

Кристина тронула его руку и прошептала:

— Марк, я не совсем поняла вопроса…

Он не придумал ничего лучше, чем наклониться к ее уху и шепотом повторить вопрос Вероники. Кристина кивнула и, повернувшись, так же шепотом сказала на ухо:

— Если я не буду понимать, я буду трогать тебя за руку. Ты можешь мне тогда написать… — Кристина быстро вытащила из сумочки ручку и крошечный блокнот.

— Да! — пискнула Вероника. — Это моды!

— Точно, — широко улыбнулась Кристина. — И вот твой папа привез меня сюда, показывать моды. То есть, моды буду показывать я.

Первое время он, кажется, едва дышал. А потом вдруг в какой-то момент Марк расслабился. Кристина так говорила с Вероникой… выбирала такую интонацию, такие слова… Очень похоже общалась с Вероникой Соня, ее няня. Но Соня — специально обученный профессионал с труднопроизносимой специальностью «олигофренопедагог».