Босс для Снегурочки (СИ)

- В честь наступающего Нового Года популярная и любимая многими рок-группа «Морозный клан» решила преподнести вам подарок! Кавер-версию песни «Звери его сердца» исполняет... незабываемый вокалист первого состава группы Матвей Морозов! Встречаем!!!

Все пространство озаряют хаотичные вспышки прожекторов, и в толпе тусовщиков вокруг сцены синхронно гудят одобрительно-ликующие выкрики. И с первыми аккордами отчетливо знакомой и вместе с тем незнакомой из-за новой обработки песни моя душа оживает.

Я чувствую себя... словно растение, которое погибало от засухи, но вдруг было щедро увлажнено свежим грибным дождем.

Издалека, то есть с нашего неудачного ракурса, фигуры членов группы просматриваются так себе, а огромный экран над их головами транслирует пока только крупныи планом талантливые пальцы Морозова, который впервые за долгие месяцы взялся за электрогитару на радость публике.

И мне этого достаточно. Главное - музыка!

Жадно слушаю новый вариант вступления и осознаю: что-то в нем изменилось. Причем в лучшую сторону.

А теперь ничего подобного нет.

Со сцены льется самая настоящая флейтотерапия с щадящими слух ударными элементами. Прямо новогодняя сказка для тех, кто устал от обычного рок-треша.

А затем к флейте и ударным присоединяется и золотой голос «Морозного клана», который я обожала с юности.

- Звери, звери, мои звери...

Звери, что живут внутри,

В сердце протоптали двери.

Их считаю:

Раз, два, три.

Первый зверь зовётся Болью,

Зверь второй - Печаль-стекло.

Третий травит душу солью,

И рычит: «Любовь - фуфло!»

Звери, звери, мои звери...

Звери, что живут внутри,

В сердце протоптали двери...

Их считаю:

Раз, два, три.

Уходи, принцесса нежная,

Звери ведь сгрызут живьём.

Мне нужна другая - снежная.

Звери льдышке нипочём...

Ух ты, а он реально переделал текст! Раньше там не было никакого упоминания ни нежных, ни снежных принцесс! Интересно получилось.

Внезапно камера за спиной поющего Морозова переключается наконец на трансляцию общей картинки и начинает поочередно приближать для зрителей лица «Морозного клана».

И когда с огромного сияющего экрана на меня устремляются невероятно знакомые синие глаза, я просто каменею.

Вскакиваю из-за стола с лихорадочно бьющимся сердцем и смотрю... смотрю... смотрю на красивое мужественное лицо с живописно небрежной щетиной и холодной усмешкой.