Босс для Ледышки (СИ)

— Извините… ч-чёрт… Я не знал.

Женя качнула головой:

— Ничего страшного. Вы и не обязаны. Я уже… мы как-то примирились. Ну, насколько это возможно.

— Давно?

— По времени — шесть лет. По ощущениям — будто вчера.

При виде её печального, как-то разом осунувшегося лица что-то внутри Андрея с треском ломалось, будто от громадного айсберга отваливались и рушились в воду ледяные глыбы.

— Да, думаю, от такого никогда по-настоящему и не отходишь, — пробормотал он, просто чтобы не молчать.

— Кажется, это как раз мой случай, — она улыбнулась одними губами и отпила из своего бокала.

— Ага, были, — Андрей прочистил горло. — К двадцатым числам января мать начинала гонять меня тряпкой по квартире с криками «Ты собираешься помогать нам её разбирать?»

Миронова прыснула, не глядя отставила бокал под столик и тогда уж вовсю расхохоталась — искренне и по-девчоночьи звонко.

Кажется, шампанское, которое ей явно понравилось, делало своё дело. Он пытался не тешить себя мыслью, что редкость услышать её настоящий смех — это целиком и полностью его заслуга.

Она отёрла выступившие на глаза слёзы и тут вдруг спохватилась:

— Вот же голова дырявая!

Андрей приподнял брови в немом вопросе, и она в ответ оттопырила надетую на ней футболку:

— Я же совсем забыла поблагодарить вас за футболки! Вы очень-очень меня выручили.

Он погладил взглядом её порозовевшее от шампанского лицо и очень постарался, чтобы голос звучал безразлично:

— Ерунда. Не за что.

— И ничего не ерунда, — она посерьёзнела.

— Не сомневаюсь, — он успел придушить дикую фантазию, заставлявшую воображать, что она нарушит обещание и стащит одну из его футболок себе. Зачем-то. Просто так. На память.

Может, пора завязывать с шампанским?..

Может, и пора. Только сначала и он вернёт ей то, что задолжал.

— Я вообще-то тоже кое о чём забыл. О чём точно забывать не следовало.

Она выхватила из чаши увесистый мандарин и принялась его чистить — по гостиной поплыл свежий, ни с чем не сравнимый запах новогоднего цитруса:

— И что же это?

— Я должен извиниться.

— За что? — она разломила мандарин и половину протянула ему. — Просто у вас так много поводов для извинений, что тут требуется уточнение.

Андрей всё же позволил себе рассмеяться. Уму непостижимо. Эта женщина поселилась в его мыслях, как у себя дома. Ещё и вредничает."

"— За то, за что вы влепили мне пощёчину.

Она опустила взгляд, но промолчала.