Большой секрет умницы Софии

Почему тогда ты злишься, Кирри?

Кирри?! Господи, магистр, я бросила бы ее только за это пошлое прозвище!

– Неудача в корне меняет дело, – издевательски протянул он.

– Но ведь ничего страшного не случилось! – в отчаянии выкрикнула она.

Еще как случилось! И теперь это самое «случилось» вынуждено три недели жить под одной крышей с ее ненаглядным магистром, чтобы, фигурально выражаясь, не отойти в мир иной вместе с древним даром.

Возникшая в скандале пауза между тем могла украсить любую постановку королевского театра.

– Кирри, ты действительно так сильно злишься? – простонала актриса.

– Хэйзер, просто оденься и выйди за дверь.

– Я уже отпустила извозчика.

– Поймай наемный экипаж, – спокойно предложил он.

– Ты отправишь меня на мороз в таком виде? Химерова сволочь ты, Рэнсвод! Я же замерзну насмерть.

– Как-то ты ведь до дома добежала и ничего не отморозила.

– Ты издеваешься?! – взвизгнула прима, выходя из образа страдалицы.

– Нет, я вполне серьезен.

Внизу раздались шаги, и я метнулась в свои покои. Тихонечко прикрыла дверную створку и плюхнулась на мягкий стул перед раскрытым секретером, не сразу понимая, что за учебник открыт и почему весь лист разрисован кривоватыми схемами. Кажется, до трагической встречи внизу я что-то пыталась учить. По крайней мере, весьма продуктивно делала вид, что пытаюсь.

В комнате царила тишина. Или скандал не проникал сквозь стены, или бывшие любовники убавили интенсивность воплей.

– Не пугайся, – хмыкнула я, обращаясь к Дусе. – Хозяин дома избавляется от проблем в личной жизни.

Перед взором нарисовалась чудная картина: заснеженный сад утопает в глубокой темноте, а полуобнаженная прима семенит по узкой обледенелой тропинке на высоких каблуках, для равновесия расставив голые худые руки.

Хотелось верить, что Рэнсвод ей хотя бы плед выдал.

Разгулу фантазии помешал деликатный стук. Я выпрямилась на стуле, ожидая, что Рэнсвод войдет, не дождавшись разрешения, даже напустила на себя равнодушный вид, но он не торопился озарить светлым ликом нашу с Дусэей обитель. Пришлось открыть самой.

Магистр стоял, прислонившись спиной к стене, как раз напротив двери.