Большой секрет умницы Софии

– София, что случилось? – Подруга поменялась в лице. – Ты белая, как умертвие! Нужно в лазарет, да?

Я цеплялась за Альму просто рефлекторно, хотя пальцы уже казались слабыми и как будто мягкими.

– Нельзя в лазарет. Мне нужно домой…

Сознание погасло, словно божественный слепец, резко щелкнув пальцами, потушил во всем мире свет.

Приходила в себя я с трудом, оставаясь на грани реальности и сна. Едва-едва приоткрыла тяжелые веки, над головой плыл серый потолок. Тело горело от лихорадки. Мышцы ломило. Со стоном я попыталась повернуться на бок и свернуться клубком.

– София, только не вставай! – Ко мне подскочила всполошенная Альма, все еще одетая в спортивную форму. – У тебя второй час не спадает жар. Не двигайся, слышишь? Сейчас салфетку поменяю. Знахарь скоро будет.

Казалось, что все происходило в причудливой галлюцинации. От боли в плече было невозможно пошевелить рукой. Подруга поспешно намочила тряпицу в плошке и с ворчанием вернула ее мне на лоб:

– Не понимаю, почему этот знахарь все еще не появился? На черепахах из Норсента едет?

По лицу за шиворот блузки потекли холодные струйки воды.

– Альма, – прилагая неимоверные усилия, чтобы подать голос, прошептала я, – пусть найдут Рэнсвода.

– Какого Рэнсвода? – не поняла она. – Магистра, что ли?

– Он живет на Стрэйн-Лейн. – Я проговорила адрес и без сил прикрыла глаза. – Киар поможет. Знахарь здесь просто бессилен.

– Чем тебе поможет магистр? – неожиданно разозлилась подруга. – У тебя резерв кипит! Тебя магия заживо сжигает!

– Это не моя магия, – шепнула я, погружаясь в мутное забытье.

Казалось, что время остановилось в одном моменте. То и дело к моим губам приставляли край чашки и заставляли пить горькие снадобья. Ледяная влажная салфетка ложилась на лоб, потом нагревалась и снова ложилась. Голова раскалывалась. И все словно происходило в странном сне, очнуться от которого помог резкий знакомый голос:

– Где она?

– Магистр Рэнсвод, у девушки магическое закипание. Такое изредка случается от переутомления.

– Выйдите все из палаты, – словно пропустив объяснения, потребовал он и вдруг рявкнул: – Вон! Все. И дверь закройте.

Звук отодвинутого занавеса заставил меня приоткрыть глаза. Комната по-прежнему плыла, фигура Рэнсвода тоже.

– Ты все-таки здесь… – Я не узнала собственного скрипучего шепота.

– Тихо-тихо. – Киар присел на край кровати и, мягко поддерживая меня под спину, заставил сесть.