Большие планы маэстрины

Мы пришли делить добычу, — сияя улыбкой, сообщил Анри.

— О! Отличная новость с утра… — глянула на небо и исправилась, — с обеда. Сколько составила моя доля?

— Вот! — выложил на подоконник три увесистых кошелька Люсьен. Мы все честно поделили на троих.

Я с удовольствием забрала один мешочек, но парни меня удивили.

— Нет, маэстрина. Это все ваша доля. Почти весь Усач же участвовал в пари. Даже малолетки с первого курса.

— Не только малолетки, — невозмутимо заметил подошедший со спины ректор. — Я бы тоже принял участие, если бы знал.

— Магистр! — сбледнули студенты и попятились.

— Стоять! — велела я им и поманила пальчиком. — Месье ректор, пожалуйста, не пугайте студентов. Они мне еще нужны. Я из них еще не всю информацию выбила.

Анри и Люсьен переглянулись, но роптать или возмущаться не стали. Они меня хорошо изучили за эти месяцы. А вот у ректора брови взлетели, но он мудро промолчал.

Меня же интересовало вот что:

— Месье студенты, месье ректор, а скажите-ка мне… Какие внеучебные программы приняты в Усаче? Музыкальная группа? Танцевальная? Шахматная?

— Э? — глупо спросил Анри и моргнул.

— Вы о чем, маэстрина? — уточнил Люсьен.

— Да, вы о чем, маэстрина? — поддержал их глава учебного заведения.

Взгляды парней тут же переместились на него. Вот уж кого они никак не ожидали застать в моей комнате, так это его.

— Как все печально… А давайте что-нибудь эдакое замутим? — предложила я.

— А давайте, — неожиданно согласился Гресс.

Студенты заухмылялись, но я на провокацию не поддалась, только глянула на Артура с укоризной. А он стоит, и лицо такое же довольное и предвкушающее, как и у студентов.

Внезапно я чихнула. Из окна тянуло стылой зимой, а я в легком домашнем платье.

— Так, ребята, забирайтесь сюда. Поговорим. Магистр, вы ведь даете разрешение на несанкционированное проникновение студентов на территорию преподавательского общежития? Проведем короткий брейншторм.

У Лефлекса и Вебера чуть глаза не выпали от моих слов. Они обалдело уставились на ректора, а тот возьми да и разреши вдруг:

— Забирайтесь. Обувь можно не снимать, но грязь и снег убрать заклинанием, чтобы ни соринки и ни капли не осталось. Тут по полу обычно малышка Софи ползает. Я пять минут назад сам это лично видел.