Больше не люблю тебя, жена

Как я могу стоять в обнимку с ним, а? Как могу позволить ему касаться меня? Как могу после его поступков позволить себе такую слабость?

«Саша, возьми себя в руки! Он тебя унизил, растоптал! Столько раз… Даже прилюдно!» — пытаюсь достучаться до самой себя, но, сделав глубокий вздох, я снова расслабляюсь в его объятиях. Таю…

Я люблю его до сих пор. И ничего не могу с собой поделать. Хотя следовало бы уже забыть, остыть. Чувства должны были хоть чуточку угаснуть…

Но не же! Нет!

— Нелегко. Но ради нас, ради нашего будущего… ради нашего малыша нужно постараться понять меня.

— Я не собираюсь прятаться за каждым углом! Я…

Не успеваю договорить, как Мише кто-то звонит. Он отпускает мои руки и смотрит на экран телефона, который лежит на столе, куда он его бросил.

Вижу имя: «Вик».

— Да. — Загорский берет трубку. Слушает, хмурится. Между его бровями образовывается складка. — Я понял. Хорошо, договорились. Хорошо, Витя, окей.

Он отключается, прячет мобильный в карман брюк. А потом достает из внутреннего кармана пиджака другой, кнопочный телефон, кладет на столешницу.

— Не доставай его нигде, хорошо? Я сам буду звонить тебе, — снова хрипло. — И не сбегай, Саш. Мы справимся со всем только вместе.

Они смотрит мне в глаза. Взгляд перемещается на губы, шею… Он сглатывает, проводя языком по своим губам.

— Мне надо идти. Срочно.

— Иди, — бросаю холодно.

— Я люблю тебя.

Я лишь фыркаю в ответ.

"Миша снова обхватывает мое лицо ладонями, впивается в мои губы. Целует их с такой жадностью и напором, что дыхание перехватывает и колени подгибаются. Просовывает в мой рот свой язык, берет глубоко, страстно, так, будто в последний раз целует. Зарывается пальцами в мои волосы, массирует кожу головы, при этом не переставая ласкать мой рот.

Боже, как же это хорошо…

Не отвечаю, но я на грани.

— Люблю тебя. — Он наконец отрывается от меня. Грустно улыбнувшись, разворачивается и широкими шагами идет к выходу.

Глава 36

После ухода Михаила чувствую себя полностью опустошенной.

Он снова был рядом, как в старые добрые времена. Смотрел на меня полным надежды и отчаяния взглядом. Я вроде бы слушала его слова, но они сливались в нечто бесформенное, звучащее как отголоски боли и обещаний, которых я так ждала когда-то...

«Я люблю тебя», — повторяю мысленно его фразу, а на глаза набегают слезы. Чувствую, как в груди поднимается волна.